— Эти вопросы подождут, — перебил Аттез, и выражение лица Эша стало безэмоциональным. — Тебе действительно нужно увезти ее отсюда, Никтос. Она не может быть здесь, когда прибудет мой брат.

Эш взглянул на Аттеза, затем наклонил голову и сказал мне на ухо.

— Ты в порядке? — Когда я кивнула, он прижался губами к моему виску. — Оставайся на месте. Мы скоро уйдем отсюда.

Я нахмурилась, когда он отпустил меня. Ноги немного подкашивались, и мне потребовалось некоторое усилие, чтобы не показать этого, пока Эш шел прочь от меня.

Аттез встал перед ним.

— Никтос, я знаю, что ты, скорее всего, не доверяешь мне, но я никогда не был предан Колису.

— Неужели? — Сказал Эш, его голос был мягким.

Сразу же зазвенели предупреждающие колокольчики. Когда он говорил таким тоном, все становилось кровавым.

— Твой отец был мне как брат — даже Кину в свое время. После этого я никогда бы не стал по-настоящему поддерживать Колиса. Я делал все, что мог, чтобы помешать и защитить то, что задумал твой отец. Ты должен знать, что в глубине души…

Это было все, что он успел сказать, прежде чем кулак Эша врезался в челюсть Первозданного. Аттез отшатнулся назад, и мои глаза расширились.

— Э-э-э, — пробормотала я, наблюдая, как Элиас нервно переминается с ноги на ногу у дверного проема.

Я не была уверена, что вызвало большее беспокойство бога: двое Первозданных или голова Нектаса прямо за его спиной. Из ноздрей дракена повалил дым, когда он выдохнул.

— Черт! — Аттез сплюнул кровь. — Ладно. Я это заслужил.

У ног Эша собрались нити эфира, и он, схватившись за нагрудник Аттеза, потащил Первозданного к себе. Они были почти глаза в глаза, и я подумала, что надо вмешаться, но Аттез был прав. Он заслужил это, но…

— Аттезу можно доверять, — сказала я.

— Я бы надеялся на это, — Эш сказал, и я услышал в его голосе улыбку. Она не была дружелюбной. — Ты и я? — Между их лицами не было и дюйма пространства. — Мы собираемся немного поболтать.

Почувствовав на себе пристальный взгляд Эша, Аттез кивнул.

— Да, мы поговорим, но не здесь. Если появится Кин, он…

— Я знаю, что он сделает, — прорычал Эш, и у меня подкосились колени. — Значит, ты знаешь, что я собираюсь сделать.

— Знаю. — Голос Аттеза огрубел, и его взгляд метнулся к тому месту, где стояла я.

Мои колени разжались, и я направилась к ним.

— Мы должны… — Волна горячего головокружения накрыла меня, и на лбу мгновенно выступила тонкая струйка пота. Казалось, что весь зал накренился, и я зажмурил глаза, так как в животе у меня заурчало.

— Дорогие судьбы, — прохрипел Аттез.

Эш в мгновение ока оказался рядом со мной, положив руку мне на плечо, чтобы успокоить.

— Сера? — Его прохладная ладонь прижалась к моей щеке. — Поговори со мной.

Я сжала челюсти, борясь с подступающей тошнотой, и сосредоточилась на облегчении, которое принесло мне его холодное прикосновение.

— Ты дышишь? — Голос Эша понизился до шепота, и он шагнул ко мне.

Боже, как он вообще додумался до этого и позаботился о том, чтобы только я могла его услышать… Я вдохнула через нос, когда тошнота отступила.

— Нет, я… у меня просто закружилась голова. — Я открыла глаза и увидела его обеспокоенный взгляд, устремленный на меня. — Я в порядке.

— Нет, не в порядке. — Голос Аттеза был ближе.

Эш повернул к нему голову.

— Хочешь, чтобы тебя снова ударили?

— Не особенно, — ответил Первозданный, его кожа покраснела. — Ты видел, что я сделал.

— Что ты видел? — Потребовала я, переглядываясь между ними. Ни один из них не ответил. — Что?

— Ты выглядела так, словно переместилась, — ответил Элиас, когда послышался далекий злобный рев дракена.

— Переместилась? — Сказала я, в то время как Нектас оторвал голову от бриза, осматривая небо. — Во что? В кого-то, кто носит больше одежды?

На лице Аттеза появилась ямочка, и он ухмыльнулся. Наверное, хорошо, что Эш этого не видел.

— Мы могли видеть угли. — Эш откинул назад прядь моих волос. — В твоей плоти. Но только на несколько секунд.

— О, — прошептала я, вспоминая крошечные точки серебристого света, которые я видела на своей коже.

— Ты… Ты выглядела прекрасно, — сказал Эш, и в его чертах мелькнуло благоговение, а затем в его взгляде появилась озабоченность. — Нам нужно уходить.

Я молча кивнула, взглянув на Аттеза. На его лице тоже была заметна озабоченность, но я знала, что она относилась не только ко мне. Я сглотнула, ища взглядом присутствие Сотории. Я… я чувствовала ее там, где были угли, тихо, но отчетливо.

— Но нам также нужно время, — продолжал Эш. — Как можно больше времени, пока Колис не в строю.

Элиас дернул подбородком в сторону Колиса.