— Я могу увести его отсюда. Спрятать его и сделать его выздоровление более… тяжелым. — Появилась жестокая улыбка, и я почувствовала, что восстановление потребует отращивания конечностей. — Его преданные будут озабочены только тем, чтобы найти его. Это даст вам немного времени.

— Не так уж много, — предупредил Аттез.

Мое сердце сильно забилось, когда я подумала обо всем, что хотела сделать за это не такое уж большое количество времени. Все, что я хотела испытать. В горле застрял комок. Это была еще одна вещь, о которой я не могла думать.

— Это то, что ты хочешь сделать? — Спросил Элиас.

Молчание встретило его, я ждала ответа от Эша или Аттеза, но они смотрели на меня. И Элиас тоже.

Мои брови взлетели вверх.

— Ты спрашиваешь меня? — Хрипло пискнула я.

На губах Эша заиграла слабая улыбка.

— Ты — Первозданная Жизни, которому он поклялся в верности, — напомнил он мне. Как будто я забыл.

— А я твоя Супруга, — напомнила я ему.

— Вообще-то, — начал Аттез, но потом остановился. — Неважно.

Мне хотелось узнать, что он собирался сказать, но нам надо было уходить.

— Я понятия не имею, что нам с ним делать.

— Ты знаешь мой ответ, — сказал Эш. — Но ты была права, когда остановил меня — как бы мне ни хотелось, чтобы ты этого не делала.

— И ты, и я. — Я провела рукой по руке, не обращая внимания на липкость крови. — Мы могли бы взять его с собой, пока не решим, что с ним делать?

— Это было бы идеально. — Аттез подошел ближе к Колису и опустился на колени. Он выругался. — Но я не уверен, что это будет разумно.

Внимание Эша переключилось на другого Первозданного.

— Что происходит?

— Осколок кости не вошел достаточно глубоко, чтобы остаться внутри самостоятельно. Так глубоко, чтобы его нельзя было достать, — пояснил он, поднимаясь. — Его тело скоро начнет выталкивать его. — Он повернулся к нам. — Он проснется.

— И мы больше ничего не можем сделать, чтобы удержать его? — Спросила я.

— Нет, если только мы не возьмем в руки костяной клинок, — сказал Аттез.

Я постаралась сдержать раздражение.

— Ты не можешь взять клинок своего брата?

Аттез бросил на меня безучастный взгляд.

— Не думаю, что он отдаст свой без серьезной борьбы.

— И, возможно, ты не захочешь ее начинать, — проворчал Эш.

Аттез перевел взгляд на Эша.

— Ты прав. Я хочу избегать этого как можно дольше. — Его челюсть сжалась. — Потому что я знаю, что это закончится либо моей, либо его смертью.

Мой желудок скрутило. Ни одна часть меня не будет оплакивать смерть Кина, но его уход, без того, чтобы на его место пришел другой, вызовет еще большее потрясение. Я посмотрела на Колиса.

И Аттез не должен быть тем, кто убьет своего брата, если до этого дойдет.

— Итак, что у нас остается? — Спросила я.

Эш продолжал обнимать меня, повернувшись к Элиасу.

— Ты действительно думаешь, что сможешь вытащить его отсюда?

Элиас кивнул.

— Это даст нам немного времени, — сказал Эш. — Сделай это.

— Но сможешь ли ты сделать это безопасно? — Добавила я. — Например, не погибнешь?

— Моя безопасность тебя не волнует, Ваше…

— Не называй меня так, — отрезала я. — И твоя безопасность волнует меня, иначе я бы не спрашивала об этом.

Элиас взглянул на Эша, затем сглотнул, увидев взгляд, который Эш ему послал.

— Для меня большая честь, что ты беспокоишься обо мне. Я могу сделать это безопасно. — Он посмотрел на Аттеза, в его янтарных глазах зажегся блеск. — Если ты одолжишь мне что-нибудь достаточно большое, чтобы я мог быстро утащить его задницу отсюда. Например, Сетти?

— По-моему, ты просто хочешь покататься на моей лошади, — заметил Аттез, проводя пальцами по манжете, обхватывающей его бицепс. — Но да.

Из манжеты Аттеза потянулась тонкая струйка тумана, которая быстро распространялась и приобретала форму, превращаясь в огромного коня размером с Одина с блестящей шерстью цвета камня теней. Сетти тряхнул гривой, издав тихое, негромкое клекотание.

— Никогда не привыкну к этому, — пробормотала я, переводя взгляд на манжету на руке Колиса.

Я подумала о странном молочном отражении, которое я там видела. Я не видела его коня…

Подождите.

Молочно-белый свет.

Эйтос.

— Подожди! — Крикнула я, когда Аттез схватил поводья Сетти. Боевой конь топнул копытами, которые были вдвое больше моей руки. Мое сердце заколотилось. — Боги! — Я повернулась к Эшу, глаза мои расширились. Боги, его отец… — Я чуть не забыла.

— Что забыла?

— Бриллиант. — Я выскользнула из объятий Эша. Или попыталась. Он двигался вместе со мной, обнимая меня за талию. Звезда.

Аттез обошел Сетти, когда Эш выпрямился, и спросил:

— Ты нашла его?

— Да. Ты знаешь, что это такое?

Элиас покачал головой, но Аттез кивнул.

— Эйтос рассказал мне об этом.