После того, как мы представились друг другу и все дружески поздоровались, я спрашиваю Табби: — Где Хуанита?

— Она нашла матч по ММА по кабельному телевидению. Я оставила ее перед телевизором с Элвисом и таким количеством Red Bull и Cheetos, что их хватит на всю жизнь.

— Элвисом? — спрашивает Ангелина.

Табби кивает.

— Крыса, без которой она никуда не ходит.

Когда брови Ангелины приподнимаются, Табби ухмыляется.

— Это долгая история. Кстати, мне нравится твое платье.

— А мне нравится твоя татуировка Динь-Динь, — парирует Ангелина, глядя на лодыжку Табби. — Она всегда была моим любимым диснеевским персонажем.

— Моим тоже! — говорит Табби, улыбаясь. — Она крутая.

— Но и хрупкая. Она не сможет существовать, пока Питер не поверит в нее. Вера – единственное, что поддерживает в ней жизнь.

Я вижу это в тот момент, когда любопытство Табби выходит на первый план. Если бы она была кошкой, то навострила бы уши и начала бы вилять хвостом.

— Всё, что тебе нужно, – это вера, доверие и немного волшебной пыльцы.

Ангелина отвечает без колебаний: — Никогда не говори «прощай», потому что прощание означает уход, а уход означает забвение.

Табби хлопает в ладоши и кричит.

— Боже мой! Кажется, я люблю тебя, Ангелина!

Я смотрю на Коннора.

— Брат, хоть ты понимаешь, что происходит?

— Белые девушки – сумасшедшие, Райан, ты это знаешь, — пренебрежительно говорит Дарси и допивает остатки своего мартини.

— Давайте поедим, — говорит Кай, поглаживая Дарси по руке и глядя на нее с обожанием. — Mein Häschen нужно топливо на потом.

Они обмениваются парой по-настоящему похотливых улыбок. Прежде чем разговор может стать еще более странным, я жестом прошу администратора усадить нас.

***

Час спустя ужин заканчивается, Кай и Дарси ласкают друг друга под столом, а Табби и Ангелина быстро находят общий язык.

— Не может быть, что тебе нравится Hello Kitty! — заявляет Табби. Последние двадцать минут она засыпала Ангелину вопросами, а мы с Коннором слушали и обменивались удивленными взглядами.

Ангелина кивает, проглатывая очередную ложку десерта, и деликатно промокает губы салфеткой.

— Я знаю, ты, наверное, думаешь, что это глупо, но я была одержима ею все свои подростковые годы. У меня был этот рюкзак, который я повсюду носила с собой, такой розовый, с маленькими бабочками и цветочками…

— А на Kitty было вышитое кимоно, — перебивает Табби низким взволнованным голосом. — У меня был точно такой же.

Ангелина моргает.

— Тебе нравится Hello Kitty?

Табби стучит обоими кулаками по столу и кричит: — Я, черт возьми, обожаю ее!

Они лучезарно улыбаются друг другу.

— Вы двое не хотели бы снять комнату? — спрашиваю я.

— Не надо ненависти, Райан, — говорит Табби. — Kitty приносит семь миллиардов долларов в год. А сколько ты зарабатываешь ежегодно?

— Недостаточно, — говорит Коннор. — Ему пора повысить зарплату.

Теперь он завладел моим вниманием.

— Да? Это новость.

Коннор улыбается и кладет руку на спинку стула Табби.

— Я только что получил премию от Карпова. Большую. И всё благодаря тебе, брат. Эта работа никогда бы не прошла так гладко, если бы не ты. Думаю, этот парень хочет включить тебя в свое завещание или что-то в этом роде. Он без умолку рассказывал о том, как ты спас жизнь его дочери.

Я усмехаюсь.

— Ну, никогда не знаешь, когда тебе может понадобиться услуга от российского олигарха. Когда-нибудь его благодарность может пригодиться.

Ангелина рядом со мной замирает. Ее взгляд перебегает с Коннора на меня.

— Вы двое работаете вместе?

— Ага. Эта большая обезьяна завербовал меня прямо из корпуса в свою охранную фирму. Я думал, мы говорили об этом.

— Нет. Ты сказал, что вы знали друг друга в армии, а потом вы все заговорили о свадьбе.

Я на минуту задумываюсь.

— О, да. — Я пожимаю плечами. — В любом случае, мы работаем вместе. Табби тоже помогает.

Ангелина поворачивается к Табби с новым выражением лица, с настороженностью, как будто видит ее впервые.

— Вот как?

Табита откидывается на руку Коннора и улыбается ему.

— Технически я работаю на правительство, но этим придуркам время от времени нужна небольшая помощь.

— Помощь? — напряженно спрашивает Ангелина.

Табби оглядывается на нее и говорит то, что всегда говорит, когда кто-то спрашивает, чем она занимается. Её тон не допускает дальнейших расспросов.

— Я работаю с компьютерами.

Лицо Ангелины словно каменеет. Ее улыбка исчезает. В глазах гаснет свет.

— Ты хакер, — безэмоционально произносит она.