Она спешит к нам, таща за собой Кая, а люди завороженно наблюдают за ними. На ней короткое платье с глубоким вырезом и принтом под зебру, а также сапоги на высоком каблуке в тон. У нее такое декольте, что я уверен, что вместо бюстгальтера она носит строительные леса. Она идет как бульдозер и позвякивает золотыми браслетами, которые закрывают половину рук. На Кае фиолетовые брюки, белые туфли на шнуровке и рубашка кричащего оранжевого цвета, а на голове – кепка для гольфа, сдвинутая набок.

Они похожи на цирковых артистов.

Когда эта парочка останавливаются рядом со мной, Дарси фыркает и бросает на меня косой взгляд.

— Что ты здесь делаешь, прячась за растениями?

— Я не прячусь. Я жду.

Дарси смотрит на Кая и непристойно поводит бровями.

— Мисс Штучку.

Кай улыбается ей.

— Любовь зла, mein kleines Häschen6.

Я не позволяю себе реагировать на то, что он называет ее своим маленьким зайчиком на немецком. В конце концов, это мои друзья. Было бы невежливо расхохотаться.

Но затем разговор резко обрывается, потому что двери лифта снова открываются. Ангелина входит в комнату, из которой, по ощущениям, выходит весь воздух.

У меня такое чувство, будто меня ударили ножом в живот.

— Срань господня, — еле слышно произношу я.

Дарси и Кай поворачиваются в ту сторону, куда смотрю я. Когда Дарси видит Ангелину, она возвращает свой взгляд ко мне, посмеиваясь.

— Она настроена серьезно! Удачи. Мы будем в баре.

Она хлопает меня по плечу, а затем уводит Кая в ресторан, оставляя меня стоять с открытым ртом, как будто я пытаюсь поймать муху.

Ангелина – супермодель, а вестибюль – ее подиум. Алые губы, красное платье с разрезом от щиколотки до бедра, длинные ноги, мелькающие как в замедленной съемке. Блестящие волосы ниспадают на плечи. Опасный взгляд. Сияющая улыбка. Впечатления обрушиваются на меня одно за другим, пока она движется ко мне. Длинная юбка ее платья развевается за спиной, как парус.

У нее узкая талия и округлые бедра, поэтому мой член и мой мозг полностью согласны: она сногсшибательна.

Подойдя ко мне, Ангелина кладет руки мне на плечи и легонько целует в обе щеки. Я вдыхаю аромат ее кожи, свежий и пряный, как у кресс-салата.

— Ты выглядишь чудесно, — мягко говорит она, удерживая мой взгляд. — Давно ждешь?

Несмотря ни на что, я вновь обретаю дар речи.

— Всю свою жизнь.

Она смеется, думая, что я шучу.

Я показываю указательным пальцем, чтобы она повернулась. Мне нужно рассмотреть этот шедевр со всех сторон. Она делает шаг назад и кружится. Это выглядит профессионально, как будто она годами кружилась перед камерой. У двух парней у стойки регистрации, которые наблюдают за происходящим, похоже, случился сердечный приступ.

— Это отличное платье, Ангел.

— Это старье? — Она хлопает ресницами, глядя на меня. Моя очередь смеяться.

Я хватаю ее, прижимаю к своей груди, зарываюсь лицом в ее волосы и глубоко вдыхаю.

— Ты что, валялась на клеверном поле? — шепчу я ей на ухо. — От тебя пахнет весной. И специями.

— Это мои духи. Caron Poivre. Тебе нравится?

Я легонько кусаю ее за шею.

— Это съедобно. Мне нравится.

Легкая дрожь пробегает по ее телу. Она отстраняется и поворачивает голову в сторону ресторана.

— Пойдем?

— Да. Но не удивляйся, если я утащу тебя посреди ужина. Это платье испытывает мой самоконтроль на прочность.

Ангелина довольно улыбается. Судя по всему, ее целью при выборе наряда было свести с ума всё мужское население. И ей это удалось.

Она берет меня под руку. Мы направляемся к ресторану, и я наслаждаюсь неожиданным удовольствием – быть предметом зависти всех мужчин в округе. Даже некоторые женщины смотрят на меня так, будто хотели бы оказаться на моем месте. Остальные смотрят так, будто надеются, что Ангелина споткнется.

— Итак, ты закончила свою статью?

В ее голосе нет ни малейшей дрожи, когда она отвечает.

— Да.

— Как все прошло?

Краем глаза я замечаю ее загадочную улыбку.

— Ближе к концу всегда возникают какие-то неожиданные трудности, но нет ничего непреодолимого. Думаю, мой редактор будет очень доволен результатом.

«Результатом», а не «полученным результатом». Это говорит о том, что работа еще не закончена, но она только что сказала, что закончила ее.

Интересно. Я издаю неопределенный звук «хм» и обнимаю ее за талию. Мы идем в ногу, как будто знакомы уже много лет.

Когда мы подходим к ресторану, я здороваюсь с администратором. Она говорит, что остальные члены нашей компании в баре, и мы идем туда, держась за руки.

— Привет, ребята, — говорю я, когда мы подходим к ним. — Это Ангелина.

Я знакомлю ее с Табби, у которой волосы собраны в хвостики, а вместо платья на ней что-то похожее на бирюзовый носок, с Коннором, который, как обычно, одет во всё черное: футболку, брюки карго и ботинки, а также с Дарси и Каем. Хуаниты нигде не видно.