─ Вообще-то, он замечает еще вашего старшего брата, ─ усмехнулась Беатрис. ─ Но, если серьезно, то я совсем не знаю, что мне делать.

Сложив руки на столе, она уронила на них голову.

─ Он абсолютно полностью игнорирует мое существование! Ладно, не полностью, а на 99%. Оставшийся один процент относится к его: «доброе утро, Беатрис» и «до свидания, Беатрис». Спасибо на том, что он хотя бы знает, как меня зовут.

Подруга подняла голову:

─ Что мне делать?

Я вздохнула, подобрав ноги к себе на стул и обняв колени.

─ Понятия не имею…

А у самой в голове промелькнул другой мужчина, который никак не должен был проникать в мои мысли.

Доминика

14.02.2020г

Кенфорд. Мафорд.

─ Ну что, начнем? ─ спросил Анри с легкой улыбкой.

У меня, наконец, получилось договориться с ним, чтобы он помог мне с написанием портретов акварелью, и вот уже час мы находились в его уютной маленькой студии на территории дома, которая была наполнена светом и запахом масленых красок. Я сидела напротив мольберта, а друг стоял рядом, внимательно наблюдая за каждым моим движением карандашом. Вокруг нас же были разбросаны другие карандаши и кисти разных размеров, тюбики с краской и палитры, готовые к работе.

Взглянув на Анри, кивнула.

─ Помни главное ─ не бойся экспериментировать. Краски ─ это твой инструмент, и ты должна научиться ими владеть во всех сферах, а не только в пейзажах, например.

Отойдя на шаг, дедушка сел на соседний стул, стоявший рядом со вторым мольбертом, где был изображен портрет неизвестной девушки, написанный простым карандашом. На меня же с моего холста смотрел Эмилио, которого смогла написать по памяти.

Я не соврала, когда говорила, что идеально помнила его лицо, поэтому у меня получилось почти также идеально воссоздать его лицо на бумаге, без личного присутствия друга.

Вновь кивнув, взяла в руку кисть. Анри показал мне, как правильно смешать цвета на палитре, чтобы получить нужный оттенок кожи.

─ Эта девушка смуглая? ─ наблюдала, как немного морщинистые руки Анри смешивали краски.

Взглянув на меня, в его радужках мелькнула грусть, и он увел взгляд к портрету, улыбаясь. ─ Да, зайчонок, солнце ее очень любило.

Я тоже посмотрела на улыбающуюся девушку с пышными волосами, веснушчатыми щеками и огромными глазами, у которых еще не было своего цвета.

─ Я часто пишу ее портрет именно такой, какой она выглядела в семнадцать лет, ─ дедушка не отрывал взгляда от холста. ─ Такой, какой увидел ее в первый раз.

Сердце чуть быстрее застучало в груди от того осознания его слов, что настигло меня.

─ Как ее звали? ─ мой голос был негромким.

─ Эмилия, ─ ответил Анри. ─ Миранда-Эмилия Гратц.

Он произносил ее имя с такой любовью и нежностью, будто бы готов был предложить ей весь мир и подарить его, лишь бы она оказалась сейчас рядом с ним.

─ Лия очень любила лето и все, что с ним связано. Яркое жаркое солнце, сладкие апельсины, теплую воду на берегу океана, танцы под музыку в уличных кафе у пляжа, красный сарафан и белый ободок с таким большим бантиком, ─ Анри показал у себя на голове образный размер этого банта. ─ Очень любила книги, вдыхать запах их страниц, а потом делиться своими впечатлениями и мыслями о них. Кисти в руках держала так, что картины на холсте будто сами появлялись под ними.

Дедушка сделал паузу, продолжая сохранять эту грустную улыбку на своем лице, а у меня уже начали наворачиваться слезы.

─ Знаешь, зайчонок, мне тогда казалось, что у нас еще очень много времени, которое мы можем провести вместе. Что перед нами весь мир лежит, и мне даже было все равно, полюбит ли она меня или же нет. Я считал, что моей любви нам бы хватило двоим на всю жизнь.

Слезы уже катились по щекам, и я вытирала их рукавом своего свитера.

─ Она полюбила? ─ спросила в надежде, что «да».

Анри посмотрел на меня, и по его взгляду все стало понятно.

─ Я, когда это узнал, думал, что умру от счастья, зайчонок.

Мои губы сами раскрылись в улыбке.

─ Давай сначала нанесем основной тон, ─ переключился он, вновь взяв кисть в руку. ─ Потом добавим тени и светлые участки. Посмотри, как я делаю.

Анри начал работать над своим холстом, а я наблюдала, как друг уверенно вел кисть, создавая объем и текстуру. Меня восхищало его мастерство, и старалась повторить все показанные движения.

─ Не торопись, зайчонок, ─ заметил, что я немного нервничала. ─ Пусть рука движется плавно, без резких движений. Чувствуй краску, как она ложится на бумагу.

Старалась расслабиться и сосредоточиться на процессе. Постепенно начиная понимать, как важно чувствовать баланс между цветом и светом, как каждая линия и мазок создавали уникальный образ.