Я делаю шаг назад в укромный уголок и достаю телефон из сумочки. Спрятавшись в тени, разблокирую экран и открываю фотографии. И сразу все мое тело согревается.

Я застала Эндрю на закате, когда его черные волосы вспыхивали медным отливом, а тьма в глазах казалась почти сурово-брутальной. Его губы тронула легкая полуулыбка, и угол солнечных лучей отбрасывал тени на его безжалостно острые скулы. И все же я до сих пор не могу поверить в то, что этот человек сделал для меня.

У меня было пару недель, чтобы все обдумать, и я понимаю, что моя паническая атака началась не от того, что я не справилась с видом, как Эндрю уложил тех двоих мужчин на землю. Она пришла в тот момент, когда я осознала, что он сделал это ради меня.

Никто и никогда раньше не делал для меня ничего подобного.

А потом он помог мне справиться с приступом паники. В ту секунду, когда моя ладонь коснулась его сердца, меня охватили тепло и уверенность. Затем он во второй раз прижался лбом к моему, и я готова была поклясться, что он собирался меня поцеловать. И я бы позволила ему. Гость он или не гость. В тот миг, и во все последующие, я была и остаюсь безнадежно влюблена.

Он стал для меня не только точкой опоры, но и с тех пор, как я встретила его, мои мысли ни разу не блуждали по мрачным уголкам моей души. Я знаю, путь будет долгим — именно поэтому я и переехала сюда, — но теперь я наконец начинаю исцеляться. И Эндрю, сам того не зная, сыграл в этом свою маленькую роль.

— Дай-ка мне целый грузовик того, от чего ты так сияешь, — слышу я и поднимаю голову.

Сердце подпрыгивает, когда я вижу тетю Аллегру, смотрящую на меня с приподнятой бровью и любопытным взглядом.

Я провожу пальцем по экрану и улыбаюсь.

— Просто фото Трил, как она идет к алтарю, — объясняю я, показывая телефон с одним из сотен кадров, сделанных за последние часы. — Она выглядит такой счастливой, такой сияющей.

Аллегра обнимает меня, притягивая к себе.

— Да, — вздыхает она, тоже улыбаясь. — И пора было давно. Трилби по-настоящему заслужила счастье после всего, что ей пришлось пережить.

Я не могу избавиться от ощущения, будто по моим жилам пробегает горький холодок. Конечно, именно Трилби должна была пострадать сильнее всех, ведь она была в машине вместе с мамой, когда ту убили. Но почему она выбрала влюбиться в мафиози, того же самого сорта людей, что отняли у нас мать, вот этого я никогда не пойму.

Та же горечь оседает глубже, когда я замечаю, как Бенито утаскивает Тесс через двери террасы и ведет ее к пляжу.

Неужели теперь так и будет? Мы все обречены стать женами мафии? Даже Бэмби, которая все еще учится в школе? Я сглатываю и убираю телефон обратно в сумочку. Правда наполняет мои вены такой решимостью, что это даже пугает.

Я скорее умру, чем стану женой мафиози.

— Я так тобой горжусь, милая. — Голос Аллегры прорывается сквозь багровую дымку, застилающую мои глаза. — Ты смогла построить себе новую жизнь здесь. Сразу видно, что управляющий ценит тебя, и ты выглядишь счастливой, здоровой, и прямо сияешь. Если бы я не знала лучше, то подумала бы, что ты влюбилась в мужчину, но ясно, что ты влюблена в свою новую жизнь.

Я задерживаю дыхание, надеясь, что это охладит прилив крови к лицу. Влюбилась в мужчину? Возможно, да.

— Я очень скучала по тебе дома, но мне становится легче, когда я вижу, что ты счастлива и что эта жизнь тебе к лицу.

— Спасибо, Аллегра. Я тоже по вам всем скучаю, но мне здесь правда хорошо.

— И что, ты думаешь остаться в Хэмптоне? — в ее голосе проскальзывает что-то похожее на сожаление, и по лицу я понимаю, что она бы хотела, чтобы я вернулась домой. Похоже, Тесс скоро вылетит из гнезда, а если верить поздним сообщениям от Бэмби, отношения между тетей и моей младшей сестрой уже натянуты до предела.

Я ненавижу чувствовать себя ответственной за чужие эмоции, я плохо с этим справляюсь. Поэтому делаю то, что всегда делаю, и перекладываю вину на звезды.

— Если верить моему гороскопу, возвращение в Вашингтон-Порт мне не грозит, — говорю я с мягкой улыбкой.

Ее губы поджимаются.

— Ты все еще читаешь эту ерунду? — спрашивает она сухо.

Аллегра никогда не одобряла моего увлечения астрологией и таро, так что я ожидала такую реакцию.

— Если под «этой ерундой» ты имеешь в виду астрологические прогрессии, которые я рассчитываю с математической точностью и которые еще ни разу меня не подводили, то да.

Она медленно качает головой.

— Серафина, ты же знаешь, как меня тревожит, когда ты используешь эту чепуху, чтобы принимать решения в своей жизни. Если ты хочешь вернуться домой, просто вернись. Тебе не нужно делать все так, как будто эти нелепые таблицы действительно указывают путь.