Рука Брии все еще сжимает мой член, сперма стекает по ее подбородку и ключицам, по груди. Сперма пульсирует струйками на ее лице, пока она работает с моим членом. Она высовывает язык, чтобы поймать немного, затем проводит им по своей злой ухмылке, покрывая влажные, припухшие губы. Я смотрю на нее сверху вниз в развратной ярости, понимая, что она просто воспроизвела те чувства, которые происходят в каждую нашу встречу.

— Погоди, погоди, доктор Каплан, — щебечет Бриа, ее голос так сладко противоречит силе ее хватки вокруг моего члена. Она проводит языком от побелевших костяшек пальцев до кончика, слизывая сперму и слюну, и моргает, глядя на меня с притворной невинностью. — Я знаю, ты хотел, чтобы я выпила тебя, как лимонад, но сегодня вечером у меня занятие по йоге, и я хотела унести твой запах с собой.

Мысль о том, чтобы пометить ее своей спермой, вызывает у меня больший трепет по спине, чем мысль о том, как она скользит по ее горлу. Теперь, когда такая идея появилась, я никогда от нее не избавлюсь. Я хочу, чтобы следующие несколько часов она провела с этим секретом на своей коже. Я хочу, чтобы сегодня вечером она пошла домой и прикоснулась к себе, ощутив доказательства того, что мы сделали, прямо там, на ее теле.

Бриа снова лижет, медленным, томным движением своего горячего язычка, и продолжает облизывать, пока каждый дюйм моего члена не становится чистым. Вытерев пальцы салфеткой, она встает, удерживая мой взгляд, пока размазывает жидкость по груди, а затем застегивает рубашку.

— Наш маленький секрет, — говорит она, подмигивая.

— Пока ты не включишь пожарную сигнализацию и не прибудет охрана кампуса, — отвечаю я. Бриа фыркает от смеха, поворачивается к столу и берет мой второй любимый твидовый пиджак. Она поворачивается в мою сторону со злой ухмылкой. Я смиренно вздыхаю, пытаясь скрыть, насколько я очарован каждым ее движением. — И это тоже не подходит?

Улыбка Брии становится шире.

— Ошибочный выбор одежды будет иметь последствия, — говорит Бриа, затем медленными движениями вытирает подкладкой сперму и слезы со своего лица. — Как я уже сказала, доктор Каплан. Наш маленький секрет.

Бриа протягивает мне пиджак, и если это означает, что наш смешанный запах секса и слез останется на нитках, я, возможно, никогда больше его не постираю.

Я надеваю его, и Бриа с живым интересом наблюдает за моими движениями. Как только он оказывается на моих плечах, она поворачивается и уходит через подиум. Я ловлю ее за запястье, прежде чем она успевает набрать обороты.

— Подожди, — говорю я, стараясь, чтобы в моем голосе не слышалось никакой настойчивости. — Во сколько у тебя занятия?

Бриа не пытается вырваться из моей хватки или скрутить мою руку в крендель. Выражение ее лица странно пустое.

— В восемь, — отвечает она.

— Пойдем со мной на «Дежавю». Можем выпить кофе.

Глаза Брии сужаются.

— Чай, — предлагаю я.

Она наклоняет голову.

— Ладно, я выпью кофе, а ты можешь взять все, что захочешь. Нам не обязательно сидеть за одним столом, — я наклоняюсь немного ближе, не сводя глаз с Брии, приближаюсь, пока мои губы почти не касаются ее. — Ты даже можешь все время смотреть на меня, словно ненавидишь, хотя я знаю, что это не так.

Слабая улыбка, наконец, появляется на губах Брии.

— Я правда не могу отказаться от возможности открыто ненавидеть тебя?

— Я надеялся, что ты посмотришь на это именно так, — я откидываюсь назад и одариваю ее улыбкой, от которой у меня на щеке появляется ямочка. Она бросает на нее злобный взгляд, как будто это ее смертельный враг. — Ты ненавидишь эту ямочку?

— Да. Сильно.

Обменявшись напоследок жарким взглядом, мы с Брией бок о бок покидаем лекционный зал. Мы идем в «Дежавю» пешком. Я заказываю кофе, она берет салат из капусты. Мы сидим за одним столом. Говорим о политике. Университете. Путешествиях. Я даже заслуживаю одного из ее редких смешков.

И хотя я обещал Брие, что она может притвориться, будто ненавидит меня, она этого не делает.

Бриа

Йога с Синтией прошлым вечером была двумя бесполезными часами жизни.