Когда мой палец нажал на кнопку play, я услыхала звук мотора мотоцикла, ревущего где-то на улице. Ахнув, я поглядела вперед, и в моем стянутом ужасом горле застрял сдавленный вскрик – на парковку въезжал дядечка средних лет с пивным пузом, на стареньком «Харли-толстяке». Я огляделась по сторонам в поисках сумасшедшего бывшего десантника в мотошмотках, но увидела только подвыпивших студентов в майках-поло, заправленных в шорты-хаки.

«Ты в порядке».

«Его тут нет».

«Ты в полном порядке».

«Его тут нет».

Но я, очевидно, не ощущала себя в безопасности, потому что, взглянув на телефон, вдруг поняла, что сжимаю в другой руке свой газовый баллончик.

«Удалить».

Я как раз запихала все обратно в сумку и успела выровнять дыхание почти до нормы, когда дверь рядом со мной снова распахнулась.

Татуированный, с ирокезом, делающий фруктовые коктейли Зак вышел наружу с улыбкой на множество мегаватт.

– С днем рождения, убийца.

«Убийца». Очень подходяще, с учетом моего настроения.

– Спасибо. – Я снова вытащила из сумки пачку сигарет.

Искра из зажигалки Зака вылетела в тот же момент, как я засунула сигарету в рот. Улыбнувшись, я опустила кончик сигареты в огонь.

– Ну, это и есть тот парень, а? – кивнул Зак на дверь, пока я затягивалась.

– Какой парень?

– Парень, который приглашает тебя смотреть кино.

Я фыркнула, выпуская дым из ноздрей, как дракон.

– Ага. Это он. Как выяснилось в конце концов, он не гей.

– Ты выиграла, – пожал плечами Зак. – Он – серийный убийца.

Я рассмеялась, хоть и не сильно. Но это было хорошо.

– Кстати, об убийствах, эта твоя подружка каждый день пытается придушить клиента.

– Ну да, – ухмыльнулась я. – Дай знать, когда надо будет прятать труп.

– Без обид, но не похоже, чтоб от тебя была большая помощь. – В желтом свете фонарей на тротуаре в глазах Зака, скользнувших по моему телу, мелькнули золотые искорки.

Я покраснела и снова затянулась, чтобы скрыть свой интерес.

– Может, мне и не хватает грубой силы, но я компенсирую это лидерскими качествами, – выпустила я дым. – Я отлично умею руководить.

Зажав сигарету в зубах, он протянул в мою сторону мощную татуированную руку.

– Отлично. Вы приняты.

Я с улыбкой вложила в нее свою вечно ледяную ладошку.

– Специальный управляющий похоронными делами Биби к работе готова.

Зак задержал мою руку на пару секунд дольше, чем положено просто приятелю, и я с отвращением отметила, какой восторг это вызвало у меня. А еще больше я ненавидела то, что мой собственный парень не смотрел на меня и не касался меня так, как это только что сделал бармен Зак.

Наконец отпустив мою руку, Зак вздохнул и отшвырнул окурок сигареты.

– Ну, мне пора обратно. Ты докурила?

Я кивнула и подняла то, что еще осталось от моего «Кэмела».

– Почти.

Через секунду дверь за барменом захлопнулась. Я сделала долгий дрожащий выдох, надеясь, что вместе с ним улетучится часть моей вины.

«Лучше бы мы пошли в чертов „Багама Бриз“».

Сделав последнюю затяжку, я бросила окурок на тротуар и раздавила его своим старым, потрепанным бойцовским ботинком. Собрав все силы, я потянула за ручку тяжелой дубовой двери, отделяющей меня от друзей, но на сей раз она как-то слишком легко распахнулась. Я отлетела назад, а из нее вышел Кен, внося в жаркий влажный воздух волну прохлады.

– Ты тут в порядке? – спросил он, подозрительно глядя, как я привожу себя в порядок.

– Ага, нормально. – Я выпрямилась. – Я как раз уже шла обратно.

– Что ты до сих пор тут делаешь? Народ уже спрашивает, куда ты пропала.

– Сдерживаюсь, чтобы не побить тебя. – Когда я поняла, что сказала это вслух, у меня широко распахнулись глаза. Надо думать, весь этот «Секс на пляже» наконец пробрал меня.

Ухмыльнувшись, Кен приподнял бровь.

– Я не против.

– Фу ты, – прорычала я, закатив глаза. – Так ты что, нарочно злишь меня, чтобы я тебя стукнула? Кен, это мерзко.

– Злю тебя? – Тень его улыбки исчезла. – Что я на этот-то раз сделал?

– Ничего! – заорала я, вскидывая руки. – Ничего! В том-то и дело! Это мой двадцать первый день рождения, и ты не сделал ничего! Ничегошеньки! Ни вечеринки. Ни торта. Ни подарков…

– У меня есть для тебя подарок.

Я замерла на полуфразе и уставилась на него.

– Что?

Кен сунул руку в задний карман своих темно-серых штанов и вытащил белый конверт.

– У меня есть для тебя подарок. Я хотел подождать и отдать его, когда мы вернемся домой, но… – Кен нахмурился. – Вот.

Нахмурившись, я взяла у него конверт. Перевернув его, я увидела слово «Брук», написанное спереди мелким, корявым почерком Кена.