И снова жар от его пальцев на теле, и снова ощущение какой-то расслабленности и беззаботности, защиты и полного доверия. Диана не могла поверить в то, что вот так просто мужчина проник в ее сознание. Еще буквально недавно она не нуждалась в нежности, а теперь хотелось быть ближе, касаться его и, о боже, хотелось ответной реакции.

Он танцевал безупречно: вел ее плавно, с большой нежностью. И вот теперь она парила, как будто в облаках. И даже молчание, которое царило между ними, не было неудобным. Не хотелось разговоров, хотелось вкушать каждый шаг, каждый вздох, любоваться этим моментом в отражении в зеркалах и ощущать счастье.

Он был очень близко, так близко, как не позволяют правила этикета, но это ни капли не смущало Диану. Она дышала чаще и слышала такое же частое дыхание. Хотелось бы сказать ему еще одно спасибо, но сейчас не время. Хотелось продлить минуты уединения, молчания, а все разговоры отложить на потом.

Она потеряла счет времени, и музыка стала еще медленнее, они уже почти не танцевали. Просто были рядом друг с другом. Так близко, что сердце то замирало, то начинало биться чаще. И не хотелось отпускать его от себя, но он и не пытался уйти, скорее напротив, прижимал ее к себе сильнее.

И тут раздались странные звуки за дверью, кто-то начал отсчитывать время. Диана четко слышала, как голоса кричат: «Двенадцать!» И тут она поняла, что это время для того, чтобы снять маску и наконец показать свое лицо. Она опоздала с побегом, оказалась в руках незнакомого человека. Он тоже замер.

Дернувшись в его руках, она поняла, что отпускать он ее не намерен.

– Время тайн закончилось, – прошептал он, и Диана ощутила новое волнение. Как было хорошо прятать свое лицо, не быть герцогиней, быть просто женщиной!

Она готова была провалиться сквозь землю, но в то же время от истинных лиц не скрыться. Было хорошо, было замечательно! Нежно и романтично. Было идеально. Даже без маски она уже не изменит свое мнение об этом человеке.

– Вы, конечно же, меня не отпустите, – тихо ответила она, всматриваясь в его глаза. Было слишком темно, чтобы разглядеть в них хоть какую-то реакцию. Вся реакция – это его руки, которые развернули ее к зеркалу. И теперь она увидела их отражение. Маски еще скрывали реальный облик обоих.

– Конечно нет.

Она не ждала другого ответа, но ощущала, как его пальцы скользнули по волосам, найдя ленту от ее маски. Он прекрасно справлялся с развязыванием лент, и сейчас это получилось быстро. Но Диана руками ухватилась за маску, закрыла глаза и опустила ее. Нет, не сложно смотреть в лицо этому человеку и даже ни капли не стыдно за то, что тело так подводило ее и она давала ему волю в прикосновениях. Ни капли не страшно, но волнительно. Диана распахнула глаза, смотря в зеркало на отражение человека, который стоял позади уже без маски. Сердце забилось ровнее, но она по-прежнему ощущала прикосновение его пальцев, которые прошлись по плечам и остановились на ленте ее платья.

Она была права, когда поклонилась ему там, за колоннами. Она не ошиблась, но почему-то хотелось плакать. Наверно, потому, что желание быть именно с ним стало самым важным в жизни.

Диана резко обернулась, всматриваясь в синие глаза, понимая, что они стали уже родными. А еще она поняла, что скучала.

– Я не убегала, – прошептала она, вспомнив первое место их встречи. Она прошептала это так близко, что коснулась щекой его щеки. – Я… Вы можете выпороть меня, но я не думала, что так далеко зайдет.

– С большой радостью, – хрипло прошептал Стефано, но было видно, что он не намерен этого делать. Он не отпрянул от нее с криками, что сейчас возьмет плеть, а лучше лошадей и карету, чтобы отвезти ее домой. Он вдыхал запах ее волос, касаясь щекой ее щеки, а у Дианы подкашивались ноги.

– Я бы лучше вас поцеловал, но обещал этого не делать.

Эти слова не стали поводом отпрянуть от него, отойти подальше. Напротив, ее губы оказались близко к уголку его губ:

– Я не давала такого обещания.

Диана робко накрыла его губы своими в первом, еще таком невинном поцелуе. Но в нем было все: от счастья, что она ощутила к этому мужчине, до волнения за то, что будет дальше.

Стефано не сдержался, тут же завладел ее губами, а пальцами коснулся нежной кожи на ее щеке. Этот поцелуй не был грубым, он был нежным, мягким, и Диана простонала, отчего его поцелуй стал откровеннее. Его язык проник вглубь, встречаясь с ее языком. Диана тут же схватилась за плечи мужа, хотелось снять с него накидку и прикоснуться к обнаженному телу. Она еще помнила его: хорошо сложенное, крепкое. Хотелось его силы, и даже не пугала боль, которую она испытает.

Наконец их губы разъединились, и Стефано заглянул в ее глаза:

– Где твои покои?

Но она продолжала смотреть на его губы. Хотелось застонать.