— Ты рассуждаешь, как человек, который привык к идеальному порядку, но мои люди не живут по строгому военному уставу, они работают, растят детей. — Морас делает паузу, внимательно изучая моё лицо. — Думаешь, я этого не понимаю? Думаешь, за все эти годы никто не пытался изменить систему?

Он откидывается в кресле, на несколько секунд прикрывает глаза, словно взвешивая дальнейшие слова.

— У нас нет бесконечных ресурсов. Здесь каждый воин Астерлиона — ещё и кузнец, механик, медик. Ты предлагаешь отнять у них это и превратить в солдат?

Он смотрит с ожиданием, проверяя, есть ли у меня реальное решение.

— Я готов предложить ряд изменений, — проговариваю уверенным тоном. — Первое — систематизация подготовки бойцов. Новобранцы должны проводить регулярные тренировки, а не эпизодические сборы под руководством Стражей Пламени. Второе — пересмотреть стабильность обороны. Создайте единый штаб и место оперативного управления. Необходимо разделить зоны ответственности, чтобы каждый знал свою роль в случае нападения. Третье — увеличить зону наблюдения за стенами. Чем раньше мы узнаем о приближении угрозы, тем больше у нас шансов подготовиться.

Каэл слушает молча, без выражения скепсиса на лице. Он тщательно взвешивает мои слова, но пока не торопится делать выводы и принимать решения.

— Другими словами, ты предлагаешь нам стать Полигоном? — в его голосе нет ни насмешки, ни агрессии, только пристальное внимание.

— Нет. Я предлагаю вам стать теми, кто сможет выжить в этом мире, не полагаясь только на удачу.

Морас на мгновение прищуривается, а затем переводит взгляд на разложенную перед ним карту. Я заметил несколько меток — вероятно, это патрульные маршруты или важные стратегические объекты. Он явно беспокоится.

— Допустим, я соглашаюсь. Как ты собираешься это реализовывать? — он смотрит на меня с тем же холодным расчетом, с которым, вероятно, рассматривается любая проблема.

— Мне нужен полный контроль над процессами тренировок и доступ ко всей информации, касающейся защиты.

Каэл поджимает губы, затем поворачивается к одному из стражей.

— Сообщите Совету Старейшин, что с этого дня Белый вождь будет работать с нашими войсками. Я хочу знать обо всем, что он делает.

Стражник наклоняет голову и выходит из зала.

Каэл переводит взгляд обратно на меня.

— Ты получил, что хотел. Не разочаруй меня.

— Я знаю свое дело, Каэл, — твердо отвечаю я.

— Очень на это надеюсь, — бесстрастно отзывается он. — Можешь приступать, но сначала зайди в госпиталь. Иллана тебя проводит.

Морас молча встает из-за стола, давая понять, что разговор окончен. Я киваю и направляюсь к выходу, полностью удовлетворённый исходом встречи. Правда, далеко не все вопросы удалось сегодня задать и обсудить, но теперь у меня есть время разобраться во всем без спешки, постепенно и поэтапно.

***

Снаружи, привалившись к стене узкого коридора, меня уже ждет Иллана. Как только дверь за моей спиной закрывается, она быстра подается вперед, потом, словно одумавшись, резко останавливается и, скрестив руки на груди, изучает меня с лисьим прищуром. А ведь и правда! Какое точное сравнение. Лиса. Рыжая любопытная шустрая лисичка, которая вытолкала меня из своей норки, как только за окном забрезжил рассвет. А уходить не хотелось. Совсем. С ней невероятно тепло. Нет, испепеляюще жарко. Но к слову, поспать нам так и не удалось. Два часа после восхода не в счет.

— Как прошло? — нетерпеливо спрашивает Ила, внезапно раскрасневшись. — Отец согласился с твоими замечаниями?

Я шагаю вперед, прижимаясь к ней вплотную, и, склонив голову, жадно целую вкусные губы. Глубоко, страстно и немного грубо, чтобы она не сомневалась, что на одной совместной ночи мы не остановимся. Ила пылко отвечает, вставая на носочки и обнимая мои плечи руками.

— Ты не ответил, — отстранившись первой, она рефлекторно прижимает пальчики к припухшим губам. Дыхание сбилось, в глазах пляшут черти, предательский румянец алеет на щеках. Любуюсь, как дурак, глаз отвести не могу и в башке ни одной умной мысли — все устремились ниже пояса. Вот оно тлетворное влияние обворожительных рыжих ведьмочек.

— Каэл согласился, — по-идиотски улыбаясь, киваю я.

Медовые глаза задерживаются на мне дольше, чем необходимо, но стоит мне ухмыльнуться, как она тут же отворачивается, пряча вспышку эмоций.

— Так значит, ты теперь наш главный инструктор? — в ее голосе слышится легкий вызов, но я ловлю в нем и еще одну особенность — едва заметную улыбку.

— Похоже на то, — спокойно отвечаю я и, не в силах удержать руки на месте, провожу тыльной стороной ладони по ее щеке. — Давно ждешь?

— Нет, только что пришла, — бурно заверяет Ила и быстро меняет тему. — Пойдем в госпиталь, отец распорядился.

Я не спорю, просто следую за ней, размышляя, зачем именно туда. Госпиталь — это не место для оценки боеготовности солдат. Если кто-то из них там, значит, они ранены или больны, а это уже другой вопрос. Возможно, Морас хочет показать мне уровень медицинской помощи в городе? Или это связано с чем-то ещё?