Мой взгляд снова возвращается к вышкам. Прожекторы, платформы для стрелков — всё это есть, но выглядит недоработанным. Солдаты на вышках смотрят не за пределы города, а вглубь него, и это сразу бросается в глаза. Такое поведение явно указывает на проблемы с внутренней дисциплиной или отсутствие должного опыта.

— Где командный центр? Штаб? — продолжаю сыпать вопросами. — Место, где разрабатывают стратегии и ведут координацию?

Иллана задерживается с ответом, а потом нехотя признаётся:

— Все решения принимает Совет Старейшин. У нас нет отдельного штаба.

Её реплика заставляет меня стиснуть зубы. Как можно защитить город без чёткой координации? Всё это напоминает карточный домик, который держится на удаче, а не на проработанной военной стратегии.

Закончив наверху, мы спускаемся с площадки в жилые ярусы Бастиона. По пути я пытаюсь получить больше информации о том, как в целом организована их система обороны.

— Как вы охраняете периметр? Есть ли патрули за стенами? — уточняю я, стараясь уловить реакцию Илланы.

— У нас есть группы разведки, которые периодически осматривают окрестности, — поясняет она. — Но это происходит только тогда, когда есть подозрения на активность мутантов или другие угрозы.

— То есть периметр большую часть времени остаётся без наблюдения? — удивленно вскидываю бровь, откровенно охренев.

Её губы сжимаются в тонкую линию, взгляд становится недовольным. Очевидно, мои вопросы её раздражают.

— У нас есть природные барьеры: река и горы. Они защищают нас лучше, чем любой патруль! — с упрямством в голосе отвечает Иллана.

Черт, да это просто смешно. Рассчитывать только на природные преграды в мире, полном мутантов и опасностей, — чистое безрассудство. Горы и река действительно создают естественную защиту, но полностью полагаться на них — всё равно что надеяться на удачу, стоя перед дулом пистолета.

— Ты слишком критичен, Эрик, — с ноткой возмущения восклицает Ила. — И похоже, уверен, что знаешь, как оборонять наш город лучше, чем мы сами.

— Не уверен, — поправляю её. — Я знаю.

— Завтра у тебя будет возможность лично встретиться с моим отцом. — Она немного прищуривается, будто пытается прочитать мои мысли. — Может, ты захочешь дать ему свои рекомендации? Поделиться своим… опытом, так сказать.

Я замечаю лёгкую насмешку в её тоне, но не реагирую. Мысль о встрече с главой Астерлиона разжигает интерес. Это шанс не только понять, как город на самом деле функционирует, но и, возможно, повлиять на ситуацию. Хотя вероятность того, что кто-то прислушается ко мне, ничтожно мала.

— Что ж, если он готов слушать, у меня есть что сказать, — отзываюсь я, встретив пронзительный взгляд Илланы.

— Старайся говорить по делу и будь готов к тому, что тебя могут не понять, — бросает она, направляясь к двери своей комнаты. Только сейчас до меня доходит, что наша экскурсия подошла к концу. — И не строй из себя умника. Отец не любит выскочек.

— Не проблема, — коротко отвечаю, обдумывая, как завтра сформулировать свои замечания так, чтобы они прозвучали убедительно и профессионально.

Мы расходимся по комнатам молча и даже не попрощавшись. Я слишком погружен в свои размышления, а она уязвлена моими категоричными замечаниями, но, если честно, мне сейчас не до ее обид. Есть проблемы гораздо существеннее и важнее.

Я закрываю за собой дверь и на мгновение застываю, глядя в пол. Голову разрывают противоречивые мысли. Да, я мог бы обойтись без авторитарного тона с Илланой, но её необоснованная уверенность в надежной защите Астерлиона, мягко говоря, выводит из себя. Они живут словно на пороховой бочке, не осознавая, насколько хрупок их мир.

Рваными движениями стаскиваю комбинезон, бросаю в кресло и начинаю мерить шагами комнату. На миг в голове всплывает непреклонный образ отца, затем генерала, Синга, Беловой и остальных. Я не могу позволить себе застрять здесь навсегда. Полигон — это не просто цель, это моя жизнь. Это место, где я могу быть полезен. Я обязан вернуться. Но как, черт возьми?

Резкий стук в дверь отвлекает меня от размышлений.

— Войдите, — бросаю я, оглядываясь через плечо.

На пороге появляется молодой парень в военной форме с подносом в руках. Наклонив голову, он не смотрит мне в глаза и явно чувствует себя не в своей тарелке.

— Ужин… Для вас, — немного сбивчиво объясняет причину своего визита. — Куда я могу поставить?

— Давай сюда, — освободив месте на столе, сажусь в кресло и с интересом наблюдаю, как стражник, все так же пялясь себе под ноги, плетется через всю комнату.

— Чем сегодня кормят? — непринужденно интересуюсь я, втягивая носом аппетитные ароматы.

После раннего завтрака мне удалось перекусить всего один раз. Умопомрачительно вкусный пирог, купленный на рынке за пучок травы, давно уже усвоился и его однозначно было мало, чтобы перекрыть потребности крепкого мужского организма.

— Вареный картофель, курица, булка и компот из сухофруктов, — дежурным тоном рапортует парень, заставляя меня глотать слюну и вожделенно смотреть на содержимое тарелок.