— Кто здесь? — хрипло закричала она. Разумеется, ей никто не ответил. — Пожалуйста, — простонала она в темноту и отчаянно пошла на звук.

Оказывается, так легко стать типичной туповатой героиней фильма ужасов. Так невероятно легко… Почти так же легко, как оставаясь наблюдателем самоубийственной глупости на экране, считать себя в миллионы раз умнее, осторожнее и предприимчивее. Закатывать глаза и с превосходством фыркать: «уж я бы точно никогда …»

Во рту разлилась горечь, Кэти судорожно сглотнула неприятный вкус. Прежде не склонная к самоиронии и рефлексии, она вдруг осознала, что, возможно, готовилась к этой роли всю свою жизнь.

Человек — единственный повелитель своей судьбы, а знаки предчувствия пророческие сны и прочие суеверные бредни — оправдания для трусов, неудачников и лентяев… Старые догмы Кэтрин внезапно пошатнулась, открыв ей не самую приятную истину о самой себе. Управляла ли она хоть мизерным процентом своих решений? Или все время шла наперекор отвергаемой всеми силами судьбе?

Шагая на ощупь, Кэтрин пугалась каждого скрипа старых досок под ногами и дрожала от холодного ветра, проникающего в дом сквозь щели в стенах. Внезапно запнувшись, Кэйт с визгом полетела на пол. И только приземлившись, поняла, что плашмя лежит на человеке. Теплом и однозначно живом человеке. В ноздри ударил запах пота и слабый аромат знакомого мужского парфюма. Грудную клетку пронзила страшная боль от мелькнувшей в голове догадки.

— Сэм? — боясь верить собственным ощущениям, дрожащим голосом спросила Кэйт.

Он снова то ли зарычал, то ли сдавленно захрипел, и Кэтрин разрыдалась в голос. Это Сэм. Господи, она не ошиблась. Трясущиеся пальцы вслепую нашли его лицо. Ей ни разу не пришло в голову, почему он здесь, пока она суетливо пыталась извлечь стягивающую полоску ткани из его рта, мешающую ему говорить.

— Сэм, боже мой. Сэм… Это ты. Это правда ты, — как заведенная повторяла Кэтрин, глотая соленые слезы.

Ей было страшно до одури, паника прокатывалась по телу ледяными судорогами. Она боялась, что Сэм ранен, и поэтому не мог встать. Кто с ним это сделал? Зачем? За что? Как? Он же скала, сильный и несокрушимый. Силовые тренировки, восточные единоборства, мускулистое телосложение, характер победителя. Да он бы одной левой…

Бойд невнятно мычал, но старался безропотно лежать, не мешая Кэтрин действовать. Нащупав у него на затылке крепкий узел, она пустила в ход ногти. Благо, они у нее были достаточно длинными, иначе пришлось бы совсем туго.

— Тут такое творится, Сэм. Настоящий кошмар, — расслабив узел, Кэтрин дернула тканевый жгут вниз, под подбородок.

Бойд судорожно вдохнул воздух. Крепкое мужское тело конвульсивно дернулось под ней, и Кэйт, решив, что она слишком сильно придавила его своим весом, поспешно переместилась на пол, встала на колени рядом с ним.

— Уходи отсюда, Кэти, — неузнаваемым голосом прохрипел Сэм.

— Я тебя тут не оставлю, — мотнула она головой, не допуская даже мысль, чтобы бросить его здесь.

— Я сказал, беги, — яростно рыкнул он. — Тут недалеко должна быть деревня. Позвонишь в полицию и вызовешь помощь.

— Нет! — просипела Кэйт, с рыданием прижав ладонь к губам. — Мы пойдем вместе. Ты ранен? Я помогу, потащу на себе если нужно. Как ты меня… помнишь?

Сэм пошевелился, видимо пытаясь сменить позу, и Кэтрин опять услышала жуткое звяканье. Прильнула ближе, прошлась ладонями по его бугрящимся от напряжения бицепсам, спустилась ниже. Обречённо застонала, поняв, что запястья Бойда зафиксированы за спиной наручниками и толстой цепью прикованы к стене.

— Конечно, помню, Кэти, — тихо отзывался Сэм, а она продолжила суетливо ощупывать его тело.

С носа и из глаз текло, но Кэти этого даже не замечала. Ей было жизненно необходимо убедиться, что Сэм цел и сможет передвигаться, если она каким-то чудом сумеет разрубить цепь. Только вот чем? Ни черта же не видно.

— Кэйт, не нужно. Не теряй время. Ты же видишь, я не могу пойти с тобой, — он не уговаривал. Его слова звучали как четкий приказ.

— Почему? — дернув проклятущую цепь, Кэтрин села на задницу и снова заплакала. Глаза с непривычки щипало от соли. Глупо… словно можно привыкнуть к слезам. — А если он тебя убьет?

— Он? — глухо переспросил Сэм. Кэйт опешила, потому что в ее голове почти все сошлось. Почти, но удивление в его голосе говорило об обратном. — Почему «он», Кэти? — нетерпеливо повторил Бойд.

— Клэйтон Тёрнер, — едва слышно выдохнула она.

В голове образовался вакуум, от холода стучали зубы, хотя температура в хижине не была низкой.

— Черт, нет, — зазвенев цепями, дернулся Сэм. — Это Дэбра. Горгона, мать ее. Она меня сюда привезла.

— И приковала тоже? Под дулом пистолета, что ли? — Кэйт потерла пульсирующие виски. Огляделась по сторонам, но густой мрак не позволял увидеть даже очертаний мебели.