— Ну да, нужно было ее в отель везти, — окрысился я и в лоб спросил: — Или ты заднюю решил включить?

Плечи Джека словно окаменели. Он на мгновенье замер, а потом резко развернулся. Резанул по мне острым, как бритва, взглядом и угрожающе оскалился.

— Я к ней пальцем не прикоснусь, пока не будет уверенности, что ты не облажался.

— А пальцем и не надо, — я попытался разбавить напряжение шуткой. Джек моего порыва не оценил.

— Давно она в отключке? — сжав челюсть, он скрипнул зубами.

Я поморщился, глядя на него с растущим раздражением. Вот и делай после этого добро людям. Какого хрена он так на меня взъелся?

— Час, может, больше, — пожав плечами, я наблюдал, как он присел возле блондинки, осматривая с ног до головы. Только глазами. Руками и правда не трогает.

— Карманы, сумку проверил? Телефон у нее с собой?

— Сумку и телефон я возле трассы выбросил. Не дурак, — оскорбился я. — Вот еще нашел, — достал из заднего кармана треснутый шприц. — У нее из кармана выпал. Наступил случайно, пока с девчонкой возился. Ты зря дергаешься. Она наркоманка, Джек. Небольшая потеря для общества.

— Дай сюда, — оглянувшись, рявкнул он.

Я неохотно протянул ему шприц, не понимая, зачем тот ему понадобился.

— Это инсулин, придурок, — заявил Джек. — У нее диабет. Если она сейчас сдохнет, я тебе собственноручно голову откручу.

Блондинка тем временем ожила, задергалась, издавая странные булькающие звуки. Мы с Джеком растерянно застыли, наблюдая, как девчонка извивается на полу, натягивая капроновые путы на запястьях. Как-то странно, неестественно она двигалась. То выгибалась в спине, то колени к груди поджимала. И колотило ее, как в судорогах. Симптомы здорово смахивали на эпилептический припадок.

— Черт, ее тошнит. — Джек отмер первым и начал молниеносно действовать.

Стянул с головы девчонки мешок и, брезгливо скривившись, выдернул из ее рта пропитанные рвотой трусики. Схватив блондинку за плечи, рывком усадил, похлопал по спине и прислонил к стене. Она снова согнулась, опорожнив желудок на пол, завалилась на бок, жадно глотая воздух.

Небольшая комната сразу наполнилась тошнотворной вонью. Дышать стало невыносимо. Меня самого чуть не вывернуло наизнанку. Вскочив, я открыл все окна, распахнул дверь и вернулся на исходную позицию. С размазанной по лицу косметикой наша проблемная жертва выглядела жалко.

— Жива? — поймав ее затравленный взгляд, спросил Джек.

Она затряслась, с ужасом глядя то на меня, то на него. Но больше все-таки на Джека. Он находился ближе и как-никак оказал первую помощь.

— Лекарство… мне нужно, — забившись в угол, промычала она.

— Прости, милая. Инсулина нет, — приторно-ласковым голосом ответил Джек. Я удивленно взглянул на него, впервые услышав подобный тон. Стянув с дивана покрывало, он смочил один из краев водой, бережно вытер ее лицо и помог сделать несколько глотков минералки из бутылки.

— Спасибо, — проблеяла доверчивая овца. — Мне нужно домой.

— Боюсь, это невозможно, — сокрушенно покачал головой Джек. — А все из-за этого придурка, — он показал на меня пальцем.

— Эй, я бы попросил без оскорблений. — Возмутился я, снова прикуривая сигарету.

— Ладно, Жан не придурок. И он не хотел ничего плохого. Ты же понимаешь? — Джек ласково улыбнулся ей, словно она была его давней подружкой.

— Я никому не расскажу, — умоляюще глядя в его глаза, закивала тупая шлюха. Ага, щас, не расскажет она. Я рассмеялся, сплюнув себе под ноги.

— Понимаешь, милая, ты видела наши лица, — мягко возразил Джек, погладив дрожащую дуру по спутанным волосам.

— Но вы же ничего не сделали. Отпустите меня… Я клянусь, что ни слова…

— Тихо, — Джек прижал палец к ее распухшим губам.

Она молча кивнула, с опаской взглянув в мою сторону. Глаза девчонки остекленели, когда она заметила, как я расстёгиваю пряжку на джинсах и достаю из петель ремень, и протягиваю его Джеку, оставляя конечное решение за ним. Наверное, именно в этот момент она все поняла.

— На меня смотри, — приказал Джек, и теперь его голос звучал совершенно иначе.

Он накинул ремень на женскую шею, обернул несколько раз и затянул концы. Не с целью убить. Пока это была всего лишь игра в запугивание жертвы. Слабо затянутая кожаная петля не лишала ее возможности дышать, но подавляла волю к сопротивлению. Контроль был полностью в наших руках, и девчонка осознавала бесплодность своих попыток избежать неминуемого конца, но все равно продолжала на что-то надеться. Возможно, даже молилась про себя, призывая на помощь всех богов, которых знала.

Блондинка дернулась и рефлекторно втянула кислород. Ее взгляд беспомощно заметался по нашим лицам.

— На меня смотри, — леденяще спокойным тоном повторил Джек. Она с обречённой покорностью подняла на него взор.