— Я просто хочу быть собой, – тихо говорю я, и мое тело начинает дрожать в ее объятиях.

— И кто же ты, Финн? – продолжает она мягко выспрашивать.

Я откидываюсь назад, беру ее лицо в ладони и выдаю свою самую сокровенную правду – ясную, как день:

— Парень, который любит теряться, глядя на звезды, почти так же сильно, как любит теряться в твоих глазах.

— Значит, я не из тех, от кого ты хочешь сбежать?

— Нет, Стоун. Не из тех. Это тебя пугает? – осторожно спрашиваю я, но мои страхи рассеиваются, когда она качает головой, нежно касаясь своим носом моего. — А ты сама когда-нибудь хотела начать все с чистого листа? – углубляюсь я в эту хрупкую минуту откровенности.

— Честно? Нет. Я знаю, что моя жизнь – не сплошные цветочки и радуги, но она привела меня сюда. Возможно, будь я кем-то другим, я бы забыла об этом.

— И ты не хочешь забыть? В отличие от меня?

— Нет, не хочу, – в ее голосе слышится жалость ко мне.

— Я завидую тебе.

— Мне?

— Да. Ты точно знаешь, кем хочешь быть, и готова за это бороться.

— Мне кажется, ты тоже прекрасно знаешь, кто ты, Финн. Тебе просто нужно набраться смелости быть тем, кем хочешь, а не тем, кем тебя хотят видеть.

— Это не так просто, – горько вздыхаю я.

— Это просто, Финн, если по-настоящему этого захотеть. Не позволяй другим решать за тебя. Ты сам хозяин своей судьбы.

— Я так не считаю. Мне кажется, будто все дергают меня за ниточки, заставляя плясать под их дудку.

— Тогда переключи станцию, – легкомысленно шутит она, целуя кончик моего носа.

— Ах, Стоун, ты говоришь так, будто это легко.

— Жизнь никогда не бывает легкой, Финн. Но ты не должен позволять другим усложнять ее для тебя.

— Хм.

— Я усложняю твою жизнь? – робко спрашивает она после долгой паузы.

— Да.

Моя жизнь и до Стоун была хаосом, но теперь, когда знаю, что она скоро исчезнет из нее, я чувствую себя потерянным больше, чем когда-либо.

— Ты хочешь исчезнуть из-за меня?

— Нет. Ты – единственное, за что я хочу держаться, – искренне отвечаю я, и ее лицо искажается. — Это пугает тебя?

— Да.

— Меня тоже.

Она наклоняется и касается моих губ в легком поцелуе, и подавшись ее изумрудному взгляду, я теряюсь в этом нежном поцелуе. Когда она отстраняется – на мой взгляд слишком быстро – я беру ее лицо в ладони.

— Если бы я мог исчезнуть, я взял бы тебя с собой, – твердо говорю я.

— Но я пока никуда не собираюсь, Финн.

— Тогда я тоже.

— Даже если хочешь?

— Даже если хочу, – признаюсь я.

Она снова целует меня, на этот раз глубже. Я позволяю поцелую поглотить меня, как это всегда бывает. Ее тихие вздохи начинают сводить меня с ума, и потребность обладать ею становится единственной мыслью, на которой я могу сосредоточиться.

— Стоун, – бормочу я между беспорядочными поцелуями.

— Да?

— Ты нужна мне, – умоляю я.

Не отвечая, она начинает тереться о мой возбужденный член, прекрасно понимая, насколько сильна моя потребность в ней. Наши языки играют друг с другом, мои руки сжимают ее обнаженные бедра, задирая платье, пока я не чувствую ее голую талию в своих ладонях.

— Чего ты хочешь, Финн? – спрашивает она, оседлав меня и покачиваясь на моих бедрах, доводя меня до безумия.

— Тебя. Я хочу только тебя.

— Тогда возьми меня, – приказывает она, и мой разум пустеет, пока тело переходит в режим сверхвозбуждения, а она покусывает мой подбородок, медленно спускаясь вниз.

Одной рукой я придерживаю ее за затылок, возвращая ее губы к своим, в то время как другая рука скользит под ее трусики, следуя за тканью между ее ягодицами, чтобы коснуться влажных складок. Ее собственные руки начинают расстегивать мою ширинку, освобождая мой разъяренный член. Его злость от долгого воздержания утихает, когда он оказывается в ее нежной руке. Я рву ее трусики, зная, что потом мне придется купить ей новые. Я всегда либо превращаюсь в пещерного человека, уничтожая ее белье, либо забираю эти чертовы штучки себе на память.

Ее прерывистое дыхание у моего уха начинает сводить меня с ума, и я сильно шлепаю ее по заднице, эхо пронзает тишину вокруг нас, даруя мне еще один восхитительный звук. Я знаю, она жаждет оседлать меня, но сейчас я должен быть тем, кто контролирует ситуацию.

Я поднимаю Стоун за талию и усаживаю рядом с собой. Ее растерянное выражение лица сменяется восторгом, когда я отдаю приказ:

— Снимай платье, – приказываю я, поглаживая себя.

Не раздумывая, она стягивает синюю ткань через голову, демонстрируя свои соблазнительные прелести.