Она пожимает плечами. Женщина, которая избегала моей сделки, пожимает плечами при мысли о том, что я причиню ей боль в постели. Это мучительно.

— У меня никогда не было такого.

Я напрягаюсь.

— Не хочу этого знать.

Она наклоняет голову.

— Почему?

— Потому что тот, кто был до меня, не будет существовать в твоем сознании, когда я закончу с тобой. — То есть никогда. Но я не хочу, чтобы она это знала... пока.

Она молчит несколько мгновений, убирая лед от рта и касаясь прохладной кожи двумя пальцами.

— Ты хотел получить это от меня до того, как я пришла сюда?

— Да.

У нее перехватывает дыхание, а взгляд падает на сверток со льдом, лежащий у нее на коленях. Я с любопытством наблюдаю за ней, пытаясь расшифровать эмоции, выражаемые ее лицом. Я делаю шаг к ней, и ее глаза мгновенно поднимаются, встречаясь с моими.

И мне не нравится то, что я вижу..

Разочарование.

— Что плохого в том, что я хочу тебя? — Я имею в виду, кроме очевидных причин, на которые она сейчас совершенно не обращает внимания.

Ее губы сжались, и она поморщилась.

— Я была помолвлена.

— Я видел кольцо.

— Я порвала с ним сразу после нашего знакомства. — Она смотрит на меня, и что-то, что я считал мертвым и ушедшим, оживает в моей груди. — Мы были вместе шесть лет.

— Это долгий срок, чтобы быть несчастной.

Она смеется, без всякого намека на юмор.

— Что-то вроде того.

— Почему вы расстались? — спрашиваю я, снова наполняя свой бокал скотчем. Мой член не удовлетворен сегодняшним вечером, но моя душа находится на совершенно другом уровне. Она впустила меня. Никто меня не впускает — и на то есть веские причины.

Она возится с белым полотенцем, обернутым вокруг пакета со льдом, а потом пожимает плечами.

— Я... я думаю, это потому, что он сказал мне, что был бы не против, если бы я переспала с тобой за большие деньги... но это далеко не все.

Ненавижу говорить об этом неудачнике, но если это означает, что нам больше не придется этого делать, то счастливого пути.

— Это просто пиздец, что он одобрил такое. — Не для меня, а для нее. Она заслуживает того, кто никогда не назначит ей цену.

— Он рассчитывал расплатиться с кредитами, — насмехается она, откидывая голову назад и испуская пустой, болезненный смех. Лидия останавливается и смотрит на меня. — Я даже не скучаю по нему. Думаю, что я не в себе, потому что спустя шесть чертовых лет у меня не разбито сердце. И что? Через несколько дней я уже с другим, даже не думаю о нем.

— Но ты думаешь о нем сейчас, — говорю я, пригубив остатки алкоголя. Я не могу винить ее за это — ведь рана еще свежа. Я привык убивать и забывать об этом. Переживать все заново — не для меня.

— Не в этом смысле, — встречает она мой взгляд. — Он не очень хорошо воспринял разрыв.

Поехали.

— Да? Ну, думаю, что если бы ты меня бросила, это разрушило бы мою жизнь.

Она усмехается.

— Нет, я считаю, что это просто разозлило его. Он начал преследовать меня.

Я постукиваю пальцем по стеклу, наблюдая за ней.

— Думаю, хорошо, что ты ушла.

— Моя мама сказала, что он уехал в Вермонт после того, как я уехала, или что-то в этом роде. Может быть, его спугнули копы. — Она произносит эти слова с напускной уверенностью, и от этого у меня сводит живот.

Я мог бы выложить ей все начистоту. Мог бы сказать ей правду, признаться, что перерезал ему глотку во имя нее, ради нее. И, что он никогда больше к ней не прикоснется. Никто, кроме меня, этого не сделает. Но она бы меня возненавидела, а я не думаю, что смогу с этим справиться.

— Прости, что нагружаю, — прочищает она горло, протягивая лед. — Говорю о том, что портит настроение…

— Я же просил тебя не извиняться. — Я забираю его у нее, встречаясь с ней взглядом. — И ты никогда не испортишь мне настроение.

По ее щекам разливается румянец.

— Даже не знаю. Я могу быть разной.

Я провожу большим пальцем по ее нижней губе.

— Я тоже.

Ее пугает скрежет в дверь, и она резко оборачивается: Дюк стоит у стеклянной двери и заглядывает внутрь.

— О боже, я и забыла, что он там. — Лидия ускользает от меня, подбегая к двери и открывая ее. — Мне так жаль, Дюк. — Она падает на колени и обнимает собаку.

— Не думаю, что он сильно возражал, — говорю я ей, бросая пакет со льдом обратно в ящик морозильника.

Она смотрит на меня с игривым выражением на лице.

— Конечно, ты бы так и сказал.

— Как есть. — Я перекидываю полотенце через плечо, и тут мое внимание привлекает звук шагов. Джуд появляется на кухне несколько мгновений спустя, его взгляд перескакивает с меня на Лидию. Понятия не имею, слышал ли он нас.

Но мне все равно.

— Мы можем поговорить? Это по работе.

Я смотрю на Лидию, которая мягко улыбается мне.