— Ты должна расслабиться, Эш. Дыши глубоко. Обещаю, что это не так плохо, как ты думаешь. Я сделаю так, что тебе будет приятно.

— Хорошо. — Киваю, глаза начинают щипать от непролитых слез.

— Сделай это еще раз и на этот раз введи в себя палец. Убедись, что смазка попала в твою попку.

Сэинт

Эштин опускается на колени. Закрыв глаза, она снова просовывает руку между ног и проводит пальцами по своей попке, вводя палец в себя. Она с хныканьем склоняет голову.

— Еще раз, — приказываю я.

Мне нужно, чтобы она расслабилась, и церемония клятвы прошла так, как я хочу. Мне придется причинить ей боль на глазах у всех. Поэтому мне нужно, чтобы ее мысли были где-то в другом месте. Я не могу видеть ее до начала ритуала. Последние три дня наши отцы держали нас в «Карнаже», так что это был мой единственный выход. К счастью, у меня уже все было готово, потому что я планировал сделать это с ней еще вчера.

И мне пришлось спрятать Эш в гардеробе, потому что теперь я знаю, что у ее отца есть камеры в доме. Надеюсь, там их нет. Это был лучший вариант, который я мог придумать в такой короткий срок.

— Я не могу... — Ее полные слез глаза встретились с моими в зеркале. — Сэинт.

— Еще раз, — приказываю я.

Она фыркает, но кладет руку между ног и вскрикивает, когда пальцами проводит по попке.

— Входи и выходи, Эш. Не останавливайся. Считай для меня вслух.

— Один, — шепчет она. — Два... три.

— Продвигай его дальше в попку, милая. Сделай так, чтобы тебе было приятно.

Она кивает, слезы текут по ее ресницам. Я сейчас такой охуенно твердый. Представляю, как стою на коленях позади нее, запустив одну руку в ее волосы, а другой направляю член в ее попку, и целую лицо, пробуя на вкус ее слезы, когда она умоляет меня остановиться.

— С-сэ-инт. — Мое имя дрожит на ее губах, и она убирает руку между дрожащих ног.

— Повернись лицом к креслу, — говорю я, усаживаясь поудобнее.

Когда она встает, я говорю:

— Нагнись. Раздвинь ноги, подними задницу вверх и протяни руку между ног.

Она нервно сглатывает. Ее красивые голубые глаза умоляют меня позволить ей остановиться.

— Пожалуйста?

— Умоляя, ты не избавишься от этого, Эш, — сурово говорю я.

Она опускается на предплечья и раздвигает ноги, выгибая спину, поднимая попку и киску в воздух, открывая мне прекрасный вид.

— Ты мокрая, милая.

Она тихо всхлипывает, от смущения и стыда. Мне это нравится.

— Протяни руку между ног и трахни свою попку пальчиком.

Она перемещается, упираясь лицом и верхней частью груди в пол, чтобы можно было сильнее выгнуть спину и дотянуться пальцем между раздвинутых ног. Она вводит его внутрь. Достаточно, чтобы ее короткий наманикюренный ноготь вошел полностью, прежде чем вытаскивает его.

— Я сказал, помассируй себя, Эш. Не дразни. — Если бы я был там, она бы получила ремнем по заднице за это.

Она хнычет, но на этот раз проталкивает его дальше в себя.

— Еще раз.

Она проталкивает его еще чуть-чуть.

— До конца, — говорю я. — Похорони его в своей попке. — Ее руки намного меньше моих, поэтому я знаю, что она может принять больше.

На этот раз она проталкивает его до костяшек пальцев и вскрикивает, поднимаясь на колени.

— Хорошая девочка. Вытащи его и сделай это снова. На этот раз быстрее.

Она делает это, и рыдания начинают заполнять большую гардеробную.

— Введи второй. — У нас нет времени медлить.

Она зарывается лицом в ковер, делая так, как ей говорят. Пальцы легко входят и выходят, но она слишком нежна с собой.

— По два за раз. Считай вслух, пока не дойдешь до десяти.

Она считает между всхлипами.

— Хорошая девочка. Теперь быстрее.

Она набирает скорость, вводит и выводит их, и я слышу, как ее крик переходит в стон. Я улыбаюсь.

— Это моя хорошая маленькая шлюшка. Давай, милая. Трахни свою попку для меня.

Дойдя до десяти, она собирается остановиться, но я говорю.

— Добавь еще.

Она засовывает в попку три пальца.

— Хорошая девочка. У тебя так хорошо получается. Хотел бы я, чтобы ты видела, как ты красива.

Она плачет и дрожит, засовывая их обратно в попку. Смазка стекает по ее бедрам, а с киски капает. Блядь, на нее можно смотреть вечно.

Она вскрикивает каждый раз, и я хвалю ее.

Закончив, она опускает руку между ног, думая, что закончила.

— Теперь возьми пробку, налей на нее побольше смазки и вставь себе в попку.

Она приподнимается на ногах и смотрит на телефон. Ее лицо мокрое от слез, глаза красные, а пухлые губы дрожат. Черт, как бы я хотел оказаться там, чтобы поцеловать ее.

— Сейчас же, Эш, — приказываю я. У нас нет всей ночи.

Она наливает еще смазки на пробку и откидывается назад, ее задница снова появляется в зеркале.

— Делай с кончиком пробки то же самое, что и с пальцами. Понемногу.

Она приставляет наконечник к своей тугой попке и делает паузу.

— Отведи бедра назад, вставляя пробку.