Рука сжимает мои волосы, и он тянет мою голову назад, заставляя меня вскрикнуть. Мой голос эхом отражается от стен собора.

— Произнеси клятву, милая, — приказывает мне на ухо Сэинт.

— Я клянусь, — с готовностью отвечаю. Все сомнения по поводу того, что не буду проливать за него кровь, покинули меня. Даже если я буду принадлежать ему всего десять минут, этого будет достаточно.

— Ты клянешься. — Его голос звенит.

— Мы клянемся. — Мы оба говорим одновременно. Его голос громче моего.

Он отпускает мои волосы, и я опускаю лицо на алтарь, закрывая глаза.

Он отступает назад, проводя пальцами по моей киске, и я пытаюсь прижаться к нему задом, но слишком крепко привязана, чтобы дотянуться до него.

— Так хочется быть моей шлюхой, милая. — Лорды хихикают над его словами, и я прикусываю язык, чтобы не выдать себя.

Он знает, как сильно я его хочу. Его рука опускается на мою задницу, и я дергаю за веревку, связывающую меня. Что-то упирается в мою киску.

— Сэинт, — задыхаюсь я, когда он входит в меня.

— Ты мокрая, Эш, — замечает он, и я понимаю, что это его палец, когда он вводит в меня второй.

Вскрикиваю, дергаюсь сильнее, так как от боли слезы застилают мне глаза. Вместе с ощущением пробки в моей попе это становится просто непреодолимым.

— Пожалуйста...

Он вытаскивает их и снова вставляет. Я стою на цыпочках, плачу и неконтролируемо дрожу. Это больнее, чем я думала.

— Шшш... — Он гладит меня по голой спине. — Это то, чего ты хочешь, милая. Чтобы тебя трахали, как шлюху, на глазах у всех.

Вжимаюсь лицом в алтарь, задыхаясь. Он сказал мне, что будет унижать меня. Я ненавижу, что я мокрая, что меня это заводит.

— Ты выбрала быть моей, Эш. Это значит, что я могу использовать тебя. — Он вводит и выводит свои пальцы из меня все быстрее и быстрее.

Пробка начинает вибрировать на гораздо более низком уровне, чем это было раньше в гардеробе, и с моих губ срывается стон, когда мое тело раскачивается взад-вперед на алтаре. Я потею, как настоящая шлюха, и это облегчает движение моего тела по твердой и холодной поверхности, к которой я привязана.

Что-то входит в мою киску, отчего с моих губ срывается пронзительный крик, лицо поднимается, а руки сжимаются в кулаки. Я дергаю за веревку, удерживающую меня.

И тут его вес оказывается на моей спине, а его рука обхватывает мое горло сзади.

— Смотри на них, милая. Пусть они увидят, какая ты красивая, когда кончаешь на моем члене.

Он подается вперед, и мои губы открываются, но на этот раз ничего не выходит. Парализующая боль охватывает мое тело, перехватывая дыхание.

Он начинает двигаться. Входить и выходить. Его член вбивает меня в край алтаря. Маски и плащи, смотрящие на меня, исчезают, а тяжелое дыхание Сэинта заполняет мои уши. А может, и мое. Я не уверена.

Могу ли я вообще дышать? Судя по тому, как кружится комната, я бы сказала, что нет. Его член попадает в нужную точку, и я издаю звук, который даже не могу понять. Пробка вибрирует сильнее, чем раньше, или, может быть, мой разум играет со мной.

— Вот так, милая. Стони для меня. — Сэинт рычит мне в ухо, и я понимаю, что плачу, чувствуя вкус своих слез. — Ты знаешь, как долго я ждал, чтобы трахнуть тебя, Эш? Очень долго. Теперь будь хорошей девочкой и кончи для меня. Покажи им всем, как ты наслаждаешься болью.

Сэинт

Чувствую, как ее тело содрогается под моим. Но также чувствую, как намокла ее киска.

Блядь, она ощущается потрясающе. Такая тугая, а тепло... как в печке, блядь.

Отпустив ее шею, я наклоняюсь и смотрю, как мой член входит в киску. На моем лице играет улыбка.

— Посмотришь на это? — Выхожу из нее, и она опускается на алтарь. Обхватываю рукой свой член и провожу им вверх-вниз, размазывая кровь по руке, а затем снова вставляю его в нее.

Шлепаю ее по заднице своей окровавленной рукой.

— Ты такая хорошая девочка, пролила кровь на мой член. — Она хнычет, ее плечи трясутся. Хочу, чтобы она знала, что сделала именно то, что я ей сказал.

Сегодня я на задании, даже если это означает причинить ей боль. Если мне придется разорвать ее, она докажет Лордам, что моя. Навсегда.

Она сможет исцелиться позже.

Протянув руку вверх, хватаю ее за волосы, но она даже не вскрикнула. Собор наполняется ее тяжелым дыханием и тихими криками. Я все еще в маске и джинсах. Все, что я сделал, — это снял плащ и расстегнул молнию на джинсах, чтобы вытащить свой член.

Нам не обязательно быть голыми.

Лорды достаточно унизили нас. Сегодня вечером мы получим плоды нашей преданности. Сегодня я смогу овладеть своей возлюбленной на глазах у всех, кто хотел бы быть на моем месте.

— Сэинт. — Мое имя срывается с ее губ, и я улыбаюсь, наслаждаясь тем, как оно звучит.