Я на миг опускаю голову к раненой ноге, затем перевожу взгляд на лезвие в руке Керана.
– Мне понадобится твоё лезвие, – прошу я и вытягиваю ладонь.
– Зачем?
– Увидишь.
Он неуверенно передаёт лезвие, положив его в мою руку. Я победно сжимаю его в руке.
Взглянув на выход из пещеры, я набираю побольше воздуха в лёгкие, будто собираюсь погрузиться в воду.
Сперва проверим, как всё это работает.
Начинаю идти к щели, пока Керан не хватает меня за руку. В этом жесте столько страха и паники, что я могу прочувствовать их на коже.
– Нура…
– Всё будет хорошо, – уверяю его я. – Обещаю. Отпусти меня.
Я не знаю, в самом ли деле всё будет хорошо, но времени толкать речи у меня уже нет.
Моя теория вполне может оказаться ошибочной, но нужно проверить. Слишком много совпадений.
Керан нехотя выпускает мою руку, изо всех сил пытаясь поверить в меня. Я слышу это в его вздохах. И я благодарна ему за это.
Он всегда в меня верил.
Благодаря ему я всё ещё здесь.
Начинаю идти к выходу из пещеры снова. На этот раз меня не останавливают. Каждый шаг отдаётся глухими стуками сердца, которые я слышу в собственных ушах. И когда я дохожу до края скалистых стен и ощущаю ударивший в лицо морской воздух, делаю глубокий вдох.
И наконец выхожу из пещеры.
Поёжившись от холода, я поворачиваюсь в сторону играющих совсем близко детёнышей. Их головы тут же поворачиваются в мою сторону. До меня долетает уже знакомое шипение. Их уши в миг заостряются, из пастей вырываются угрожающие звуки, предвещающие о готовности напасть. Пара детёнышей с радостью выбираются из гнезда и со сверкающим в глазах желанием отведать моего мяса, уже направляются ко мне.
Сейчас.
Испустив вдох ужаса, я прикладываю конец лезвия на свою ладонь, оставляю глубокий надрез, затем резко выставляю руку перед собой. Горячая кровь тут же стекает по коже и капает на песок. Поднимается ветер, и запах крови тут же летит в сторону всё ещё голодных маленьких сирдов.
Исхода два.
Я либо глупо погибну, либо сумею выстоять.
Детёныши, толкая друг друга, мчатся ко мне. Их лапы поднимают пыль при каждом ударе о песчаную землю, и я зажмуриваюсь, чтобы не видеть их пасти перед самой моей возможной смертью.
Я снова ощущаю нечто похожее, что произошло со мной в Луну нашего с Кераном противостояния. В тот момент я тоже была готова умереть. Но одно дело – оказаться проткнутым мечом, и совсем другое – стать пищей для чудовищ.
Ощущаю тёплую кровь на своей руке, стараюсь держаться и стою на месте, не шелохнувшись. О моём реальном состоянии говорят разве что крепко зажмуренные глаза. Колени вот-вот прогнуться, и я упаду на землю, пытаясь прикрыться обеими руками.
Считаю стуки сердца.
Один, два, три… десять, одиннадцать…
Но ничего из моих опасений не сбывается.
Неожиданно я чувствую что-то мокрое на своей ладони. Оно осторожно касается кожи, а за ним следует порыв воздуха. Дыхание. Принюхивание.
Я не сразу осмеливаюсь открыть глаза. Сперва мешкаю – достаточно, чтобы сосчитать удары напуганного сердца. А потом медленно делаю это, стараясь не вдаваться в панику.
Мою окровавленную руку обнюхивает один из детёнышей сирда.
Поражаясь увиденному, я едва не отшатываюсь. Но всё ещё боясь производить резкие движения, которые могут спровоцировать их, я держу себя в руках. Стараюсь держать.
Боковым зрением замечаю шевеление, и второй свободной рукой делаю такой жест, что увидевший это Керан должен понять, что я прошу его оставаться на месте и не подходить, как бы сильно ему этого не хотелось сделать.
Детёныши стоят очень близко и по очереди принюхиваются к моей руке, подставляя мокрые мордочки, словно котята ласкаются о своего хозяина. От такого зрелища и с ума сойти можно. Однако я продолжаю стоять на месте, словно приросшая к земле. Их холодные дыхания обдают мою ладонь.
Но почти сразу я понимаю одно – они принюхиваются не к руке. А к крови, которая из неё вытекает.
Это значит только одно.
В душе поселяется чувство долгожданной победы. Мне хочется кричать от облегчения и радости.
Моя догадка оказалась верна! Проверка пройдена. Теперь стоит провернуть тоже самое со взрослой особью. А затем попытаться разобраться в том, как это вообще возможно.
– Керан! – смеюсь я, не отрывая взгляда от повеселевших сирдов, которые вместо обнюхиваний начинают тереться своими головками о мои руки, а затем поддаются чуть вперёд, пытаясь пропихнуться мне под мышки. Просят меня погладить их, словно являются домашними питомцами. Уму непостижимо! – Керан, они не нападают! Ад-Дарр, какие они хорошенькие!