– Что ты делаешь? – спрашиваю я.

– Пытаюсь вынуть лезвие из штанов.

– Я не думаю, что оно способно нас защитить. Сомнительное оружие против сирда.

– Всё лучше, чем совсем ничего.

С этим я соглашаюсь. В голове прикидываю несколько вариантов исхода. Но мысли крутятся только вокруг одного из них – мы здесь умрём.

Я отползаю чуть назад, нащупывая руками каменную поверхность. Нахожу крупный камень и устраиваюсь полулёжа на нём. Я всё ещё уставшая.

– Керан, – зову его я, чтобы убедиться в том, что он всё ещё здесь.

– Да, прелесть?

– Не уходи, пожалуйста. Не геройствуй.

– Я и не собирался. Оставлять тебя одну здесь всё равно что бросить на верную смерть.

– Мне казалось, наше падение с обрыва означало верную смерть. Так что в этом мы оба можем ошибаться.

Раздаётся смешок. И я от этого звука немного даже улыбаюсь, хотя внутри такая пустота.

Бесшумность Керана исчезает. Сейчас я слышу, что он подходит ко мне, а потом садится рядом и кладёт голову на тот же камень, что и я. Подозреваю, он нарочно шумит, чтобы я могла ориентироваться и понимать, где парень сейчас находится.

– Они очень близко, Нура, – неутешительными новостями продолжает делиться со мной Керан. – Почти противоположно ко входу. Если мы и выберемся, то для этого я должен буду отвлечь их на себя. Но бежать тебе придётся быстро. А ты пока не в состоянии этого сделать.

– Ещё чего, – недовольно проговариваю я. – Думаешь, я дам тебе перетянуть всю самую опасную часть всего этого плана на себя?

– В любом случае, тебе придётся слушаться меня, прелесть. Тем более, что ты теперь моя невеста. Нить Сердец по-прежнему на твоей руке. Это значит только одно. Ведь есть правила.

Обладательница браслета, которая приняла его, становится невестой подарившего его молодого человека.

От этих слов в желудке поселяются мотыльки размером с мои ладони, кажется. Им так тесно внутри, что я еле сдерживаюсь от того, чтобы не выпустить их всех наружу.

– Невеста? – переспрашиваю я, просто потому что хочу услышать это ещё раз.

– Правила ведь об…

– Ой, к мариду правила, просто скажи это снова.

Керан лежит рядышком. Прямо здесь, опёршись на тот же камень, что и я. Я слышу его дыхание, оно участилось. Не знаю, повлияли ли на это мои слова, или это просто его страх даёт о себе знать. Ведь нас от страшного сирда отделяет лишь каменная стена пещеры.

– Ты моя невеста, – наконец повторяет Керан.

Я словно плыву по безмятежной реке от каждой буквы этой фразы.

Не верю, что это и в самом деле происходит…

Прикасаюсь к браслету на своей руке. Теперь из самого ненавистного он стал самой драгоценной вещью в моей жизни. Как хорошо, что у меня не было времени от него избавляться.

– Мы не должны умереть здесь, Керан, – шепчу я. – Брикард и Мистлок этого бы не хотели. Их смерти не должны оказаться напрасны.

– Не умрём. Мы обязательно вернёмся. А затем устроим пир в их честь. Они ждут.

Я грустно улыбаюсь, борясь с желанием выплакать оставшиеся слёзы.

Рёв сирда снаружи нарушает безмятежную обстановку в холодной пещере. Одежда на мне всё ещё мокрая, от того превратилась в ледяное покрывало. Затем за рёвом раздаётся громкий шум, который бывает при взмахах крупных крыльев. Сирд, кажется, улетает. Наверное, найти и принести еды для своих детёнышей.

Надеюсь, ею станем не мы.

– Мы можем выйти сейчас, – говорю я.

– Нет, – твёрдо решает Керан. – Слишком опасно.

– Но там ведь остались одни детёныши. Что они нам сделают?

– Их семь. Они достаточно крупные и быстрые. А ещё голодные. Могут напасть. А если в этот момент вернётся их мать…

– Шансов у нас никаких?

Керан делает усталый выдох:

– Мой план ещё в силе.

– Нет! Не будем мы этого делать!

– Нура, – серьёзным строгим тоном начинает он, – есть только один способ отсюда убраться – слушаться меня.

Строгий Керан – это что-то новенькое. И, удивительно, но будто бы даже приятное.

– Я не хочу потерять тебя вслед за ними… – говорю убедительно дрогнувшим голосом.

– Могу тоже самое сказать о тебе.

Помотав головой, я понимаю, что он меня вечно обезоруживает своими ловкими речами.

– Но у тебя, кстати, ещё остался Дарки, – продолжает Керан. – У тебя есть причины жить дальше.

– Да, остался. Но это не значит, что я готова отказаться от тебя.

– Не нужно, Нура. Пожалуйста. Твоё упрямство сейчас очень не кстати.

– Ты сам сказал, что оно тебе нравится.

– И поэтому ты сейчас это делаешь?

Не хочу прямо признаваться. Но и моё молчание говорит само за себя.

– Вот как, – улыбается Керан. Я чувствую, что улыбается. – Но помимо твоего упрямства ты мне нравишься живой. Так что… Все аргументы на моей стороне.