– На кухне. Попьём чай, как истинные британцы, и поговорим о чём-нибудь. Если ты, конечно, не занят. Просто я так скучала по тебе, а поболтать времени пока не было.

Нейт расплывается в улыбке, словно ему сделали невероятное предложение, от которого невозможно отказаться.

– Я должен проконтролировать, как эти типы будут заносить новую мебель в гостиную, но, думаю, они и сами справятся.

– А почему Гай поручил тебе этим заниматься?

– Он не поручал. Я сам вызвался. Мне не нравится, что Джаспер работает на него. Эта хитрожопая ходячая сумка с деньгами не вызывает доверия. Хочу проследить за ним лично.

Как я его понимаю.

– Если верить Гаю, он не так уж и плох, – говорю я.

– Может быть. Но я всё равно ему не доверяю.

В следующую минуту прошу Нейта подождать меня, пока я поднимусь в спальню и заберу котёнка. Нейт при виде него едва не пищит от умиления.

– Панталоны мне на голову, это что за маленько-сладко-мягко-лилипуто-пушистое чудо?!

– Это подарок от Тео Гаю, – улыбаясь, отвечаю я.

– Я его сейчас сожру, Лина. И ведь я даже не китаец.

– Не надо его жрать, пожалуйста. Пожрём лучше булочек или печенья. – Прижав котёнка к груди, я поворачиваюсь в сторону дверного проёма, ведущего в холл. – Идём?

Нейт, не отрывая взгляда от существа на моих руках, активно кивает:

– Идём!

Тёплый свет разливается по просторной кухне, отражаясь от мраморных столешниц и медных кастрюль, висящих на стене. За окном уже почти стемнело, и мягкий свет уличных фонарей проникает сквозь тонкие занавески. Аромат жасмина, исходящий от моего чая, смешивается с запахом свежеиспеченного печенья.

Нейт сидит напротив, развалившись на стуле и лениво поглаживая пушистый комочек, свернувшийся у него на коленях. Он сходу дал котёнку кличку, из-за которой я сперва засмеялась, а потом возмутилась.

– Смотри, какая Задница упитанная, – усмехается он, почёсывая котёнка за ушком. – Ещё немного, и перестанет помещаться на моих коленях.

Я смеюсь, делая глоток чая.

– Не говори глупостей. Он ещё маленький и просто пушистый. И кстати, я хотела назвать его Персиком.

– Персик-Задница, – невозмутимо поправляет меня Нейт.

– Гай не одобрит твоей клички.

– Одобрит… И вообще, его никто не спрашивает.

Тишина, нарушаемая лишь тихим мурлыканьем котёнка, наполняет кухню.

Мне так спокойно и уютно рядом с Нейтом. Мы просто сидим вот так уже несколько часов, болтая. Сперва ждали, пока испекут печенье, а теперь пьём чай и говорим ни о чём, и это лучше любой вечеринки.

– Это всё так странно, – начинаю я, и Нейт, до этого дувший на свой горячий напиток, поднимает взгляд.

– Что именно?

– То, что я всё ещё здесь, несмотря на то, через что прошла. И что Гай от меня не отвернулся. Даже после предательства.

Нейт вздыхает, и котёнок начинает потягиваться на его коленях, а потом и вовсе спрыгивает на пол.

– Когда я говорил, что Гай любит преданно, я врал.

– Но Алексис.

– Алексис – это совсем не то, Лина. Тебе вообще не нужно о ней думать. Гай ни с кем никогда не был таким, какой он сейчас с тобой. Даже с ней. Она словно была просто чем-то мимолётным. А ты… как будто нечто… эм… вечное. – Нейт замолкает, обдумывая свои слова. – Согласен, прозвучало, как херь полная, но я надеюсь, ты понимаешь, к чему я.

– Понимаю.

– Ну вот и всё! Перестань быть душной попой и давай уже налей мне ещё немного этого чая. Блин, никогда бы не подумал, что чай может быть таким охренительно вкусным. Может, мне открыть свою чайную? И приглашу гейш, чтобы они развлекали тупых мужиков, пока я буду подсыпать им в чай свои любимые грибы, чтоб содрать с них побольше денег, пока они будут не в себе. Идеальный бизнес-план, я считаю.

Я смеюсь, взяв чайник и снова наполняя его чашку.

– Знаешь, в тот день, когда мы снова встретились с Гаем. Он даже не взглянул на меня, и мне стало так… больно. И это так странно, ведь именно этого я и хотела. И добивалась. Но почему же тогда мне было больно? Что со мной не так?

Нейт отпивает чая, ставит чашку на стол, пододвигается чуть ближе, улыбаясь голубыми глазами.

– Ты просто не переставала его любить. Вернее, его не переставало любить твоё сердце, в то время как разум пытался сопротивляться.

– И кого из них мне следовало слушаться?

– Всегда выбирай сердце. Меня, по крайней мере, оно никогда не подводило.

– Это твоё сердце велело тебе так легко простить меня?

Нейт подмигивает: