– Что ты имеешь в виду под «что-то»?

Он не сразу отвечает на этот вопрос. Это заставляет моё тело налиться напряжением.

– Гай?

– Например, если что-то случится со мной.

Я сглатываю, заморгав чаще положенного.

– Почему с тобой что-то должно случиться?

– Потому что я – преступник. Мы редко когда доживаем до старости… Если со мной что-то случится, о тебе позаботятся. Я дал Джасперу инструкции, что делать при подобном исходе. Не волнуйся, я не оставлю тебя даже после своей смерти.

Его слова растворяются в воздухе, теряя смысл. Я слышу только гул в ушах, чувствую, как земля уходит из-под ног. Качая головой, встаю. Во мне сейчас столько возмущения из-за того, что он начал этот разговор, что я готова рвать на себе волосы.

– Нет, – шепчу, а голос срывается. – Даже не смей о таком думать, ясно? Ты проживёшь до глубокой старости! В окружении любящих людей! Детей, внуков и. Будешь счастлив! Ты.

Я замолкаю, не сумев сдержать эмоций. Глаза намокают так быстро, что я просто даже не успеваю понять, как уже начинаю плакать. Слова застревают в горле, превратившись в горький ком. Спокойствие Гая тает, сменившись растерянностью, он подлетает ко мне, не на шутку разволновавшись. Хватает за плечи, словно пытаясь удержать от падения в пропасть. Его руки тёплые и сильные, но они меня не греют, а только подчёркивают мою беспомощность.

– Эй, – произносит он, вглядываясь мне в глаза. – Всё в порядке.

– Не говори больше ничего подобного. – Я шмыгаю носом, уткнувшись ему в грудь лбом. – Гай, если ты… если с тобой что-нибудь случится, я… я покончу с собой, ясно?

Последние слова вырываются с такой уверенностью, что я сама пугаюсь собственной решимости. И это не просто эмоциональное заявление, это клятва. Обещание.

Гай резко отходит, у него расширяются глаза. Я вижу в них страх и понимаю, что надавила на его самую больную точку.

– Каталина.

– Я не шучу! Так что вот тебе ещё один повод продолжать жить. Я перережу себе глотку или застрелюсь, если тебя… не станет. Я клянусь тебе! Как Джульетта, когда увидела Ромео мёртвым.

Мой голос дрожит, но в нём нет и тени сомнения. Я клянусь, что расстанусь с жизнью вслед за Гаем, если он покинет меня. И это не шутка.

Гай притягивает меня к себе, заключая в объятия. Я надеюсь, он не собирается просто отвлечь меня. Надеюсь, не считает сейчас, что я преувеличиваю.

– Я читала твои записи в книге, – говорю я неожиданно даже для себя самой. – Ты отлично знаком с «Ромео и Джульеттой».

Чувствую, как его рука замирает на моей спине.

– В книге? – переспрашивает он.

Отстраняюсь от него, вытирая слёзы.

– Да. В твоей комнате в Королевстве. Прости, я знаю, что не должна была совать нос не в своё дело, но я видела твои пометки и размышления в «Ромео и Джульетте». – Я делаю небольшую паузу, чтобы перевести дыхание. – Это ты увидел во мне? В нас. В нашей истории.

Гай устремляет на меня взгляд, брови приподнимаются в вопросе. Его глаза, обычно такие яркие и уверенные, сейчас немного растеряны, с лёгким оттенком удивления. Он выглядит… даже смущённым.

– Ты знаешь… я нашла эту книгу случайно. Я просто… заглянула в шкаф и… увидела её. У меня не вышло справиться с порывом прочесть твои пометки.

Я чувствую, как прилив крови румянит лицо. Мне стыдно признаваться, что я заглянула ему в душу. Вряд ли его это радует.

– Поэтому ты впустил меня в своё сердце? – тем временем неуверенно продолжаю. – Ты увидел во мне Джульетту?.. А в себе Ромео?

Гай не отводит от меня взгляда – заинтригованного и пронзительного, – и в нём мелькает что-то похожее на испуг. Он проводит пальцем по подбородку, словно собираясь с мыслями. А потом слегка улыбается такой мягкой, нежной улыбкой, что моё сердце делает кульбит.