И тогда он одним движением подхватывает меня под бёдра, поднимает, прижав к стене, и его губы касаются моей кожи, вызывая дрожь. Сначала он целует мои ключицы, медленно исследуя меня, потом грудь, которую держит в руке, пока не задерживается на соске. Он втягивает его в рот, осторожно дразня языком, тянет, наслаждаясь реакцией, которую вызывает у меня. Я закатываю глаза, откинув голову назад. Каждый нежный поцелуй и лёгкое покусывание вызывают волну удовольствия.

– Ах-х-х, Гай… – начинаю постанывать я, удивляясь тому, что мне безумно это нравится.

Он посасывает мой левый сосок, а потом переключается на правый.

– Ты вкусная везде, – хрипит Гай, отрываясь. – Здесь. – Одна его рука опускается вниз, внезапно надавливает на клитор большим пальцем, и он добавляет: – И здесь.

– Ай! – взвизгиваю я на неожиданное касание меня внизу.

– Я застал тебя врасплох, моя роза? – усмехается он, радуясь моей реакции.

– Я сейчас задохнусь, – полушёпотом отзываюсь я, ощущая, как от его прикосновения к вагине резко поднялся жар.

– Задыхайся, милая. – Он принимается совершать круговые движения пальцем, пока накрывает губами мои груди, прерываясь разве что на речь: – Задыхайся из-за моих рук, потому что только они будут так тебя трогать. И ничьи другие. – Гай на мгновение отрывается, глядя в мои глаза. И томно, соблазнительно и чертовски возбуждающе шепчет мне в рот: – Потому что ты моя. Только моя.

Я опускаю голову, чтобы посмотреть на его член. Он затвердел, уже готовый проникнуть в меня. Как жаль, что я пока не могу ему этого позволить. Но мысли о том, как я усердно сосала его, вызывают трепет. Я опускаюсь на ноги и хватаю член рукой, заставив Гая вздрогнуть. Беру в руку эту разгорячённую, вкусную, сладкую плоть. Этот восхитительный леденец, созданный специально для меня.

– Я не должна кончить одна, – объясняю я, принявшись мастурбировать ему в то время, как он, сглотнув, наклоняется, чтобы схватить мой сосок ещё раз.

Вдоль позвоночника проносится электрический разряд. Он заставляет мои ноги дрожать, дрожь поднимается к вагине, я чувствую пульсацию между ног, чувствую, как внутренние стенки влагалища сжимаются, желая проникновения больше всего. Гай продолжает дарить мне наслаждение, переключаясь с одной груди на другую, и с каждой секундой погружаясь в это сладкое единение со мной.

Стены душевой расплываются в паре, словно исчезая, оставляя только нас двоих в этом объятии тепла и страсти. Мы оторваны от всего мира, потеряны в своих эмоциях, отдаваясь чувственному моменту, который объединяет нас как никогда.

Мои движения, сперва медленные, а потом постепенно набирающие темп, идут по траектории вверх-вниз по стволу члена, а потом я решаю, что моя свободная рука тоже должна присоединиться. Я обхватываю ею головку. Гай стонет в мою грудь, при этом продолжая стимулировать мои соски, словно уже ничто не заставит его сейчас оторваться от них. Он также не забывает работать пальцами на моём клиторе. Я чувствую, как приближаюсь к своему финишу, как жар, сосредоточившийся во влагалище, становится всё более ощутимым. Моё тело напрягается, словно тугая струна, готовая вот-вот лопнуть. Внутри всё сжимается, пульсируя всё сильнее и сильнее. Волны тепла накатывают одна за другой, распространяясь от кончиков пальцев до самых глубин. Ощущение одновременно болезненное и восхитительное, как будто внутри всё расцветает, взрываясь нескончаемым потоком энергии. Мысли рассеиваются, оставив после себя только чувство всепоглощающего блаженства.

Наконец, я достигаю своего пика, и всё моё существо содрогается от невыразимого наслаждения, выплёскивая накопившееся напряжение волной сладкой истомы. Я кричу, не сумев сдержать голоса, и вся трясусь в мужских руках. А после наступает необыкновенное спокойствие, тепло разливается по телу, оставляя ощущение глубокого удовлетворения и умиротворения.

– Умница… – шепчет Гай, вызывая мурашки на коже. – Вот так.

Я всхлипываю, и он убирает руку с моего клитора, целуя местечко за моим ухом.

– Но ты ещё не кончил, – говорю. – Я завершу начатое.

Держа его в своих руках, я продолжаю мастурбировать ему. Гай откидывает голову, сглатывая, и на его шее выделяется кадык. Продолжая двигать рукой, я сперва покрываю татуировку на его груди мягкими поцелуями, а потом облизываю её, ощущая на языке привкус его кожи вперемешку с остатками шампуня.

– Тебе нравится? – спрашиваю я, поглаживая розоватую головку члена и чувствуя проступающие вены чуть ниже. – Я всё правильно делаю?

– Мне нравится всё, что ты делаешь со мной, моя роза, – стонет он, прикрывая глаза.

Его стоны такие восхитительные, что я готова слушать их вечность. Чтобы он был надо мной или подо мной, не важно, чтобы входил и выходил из меня, даря мне эти возбуждающие звуки, от которых я плавлюсь.