– На такое я не подписывался, дебилы… – Едва он замечает неподалёку изувеченное тело, как резко разворачивается, отползает чуть подальше, и его рвёт прямо на пол. – Вблизи выглядит отвратнее!

Зайд, возникший следом за ним, заряжая пистолет, фыркает:

– Неженка.

– Что за хрень происходит? – пытаясь отдышаться, спрашивает Нейт, немного приходя в себя, хотя его лицо красное, глаза мокрые из-за рвотных позывов. – Кто, мать вашу, стрелял?

Я приподнимаю голову, но Гай дёргает меня обратно, чтобы я не высовывалась. А потом достаёт свой пистолет.

– Где Ровере? – стиснув от злости зубы, спрашивает он. Раздаётся щелчок.

– Ищет свою потаскуху-дочь, – отвечает Зайд, крепче сжимая в руке свой ствол. – Мне его догнать?

– Нет, нам лучше всего сейчас. – Нейт слегка привстаёт, чтобы проверить обстановку, но не успевает договорить, как раздаётся очередной выстрел, заставивший его замолчать. Парня отбрасывает чуть назад, а светлый пиджак в области плеча начинает становиться красным.

Моё сердце уходит куда-то в живот. Только не это…

– Блядь! – испуганно кричит Зайд, разворачиваясь и стреляя в того, кто зацепил Нейта. Мужчина тут же замертво падает на пол.

Я подползаю к раненому другу, игнорируя собственную боль. В ужасе оглядываю его намокающий пиджак. Снимаю с него и прижимаю ткань к ране.

– Вот блин, хреново дело, – хрипит Нейт, хватаясь рукой за раненое плечо.

В моих глазах от страха собираются горячие слёзы.

– Только оставайся в сознании, Нейти! Не смей терять сознание! Мы выберемся отсюда.

Возникнув рядом, Гай касается плеча друга и уверенно парирует:

– Держись, ладно? Я придумаю, как вас вывести. – Он приподнимает пиджак, чтобы взглянуть на рану. – Ранение не смертельное, всё хорошо.

Его слова звучат слишком спокойно. Непонятно, пытается ли он успокоить Нейта или самого себя. Но на меня это не действует. Ужас, липкий и холодный, продолжает ползти у меня вдоль позвоночника. Зайд убивает ещё нескольких мужиков, а потом на горизонте появляется копна знакомых русых волос. Гай не замечает Тео: младший братец прячется за соседним столом, прикрывая голову от летящих деревянных щепок, и прикладывает указательный палец к губам, намекая, чтобы я держала язык за зубами. Что он, чёрт возьми, задумал?

Женщины уже выбежали из зала, и сейчас перестрелка идёт только между представителями мужской части двух мафий.

– Каталина, оставайся здесь, – просит Гай, касаясь своими окровавленными руками моего плеча.

– Нет, Гай, – качаю головой. – Я не отпущу тебя одного. Даже не думай и…

– Пожалуйста, если не думаешь о себе, хотя бы подумай о нём… или о ней.

Он кладёт ладонь на мой живот, и в его взгляде читается мольба. Не просьба, а именно искренняя мольба, словно он чего-то просит у Бога. А может, действительно сейчас взывает и к Нему заодно. Чтобы Он меня уберёг.

И тогда я сдаюсь и послушно киваю. А потом мой взгляд скользит за его спину, и я вижу Итана. Боже! Этого ублюдка. Сейчас он держит пистолет, целясь в.

В Гая.

Время замирает. Сердце в груди делает кульбит, превращаясь в кусок льда.

– Гай! – крик вырывается из моего горла, но звук тонет в какофонии выстрелов, доносящихся из-за колонн, из-за разбитых зеркал.

В следующее мгновение всё происходит как в замедленной съёмке. Тео появляется словно из ниоткуда и отталкивает Гая, закрывая его собой.

Выстрел. Громкий хлопок разрывает воздух.

Тео вздрагивает, его лицо искажается гримасой боли, и он падает. Падает прямо возле нас. Гай отшатывается, хватая младшего брата за плечи. Его лицо, обычно непроницаемое, бледнеет прямо у меня на глазах. А потом он поднимает взгляд на того, кто пустил пулю.

Итан, поняв, что промахнулся, разворачивается и спешно направляется к выходу, а несколько человек прикрывают его.

– Оставайся с ним, Каталина, – просит Гай.

А сам, разъярённый, немедля ни секунды, сжимая в руке пистолет, встаёт и направляется вслед за своим дядей, стреляя в голову каждому препятствующему и убивая их тем самым.

– Зайд! – ору я. – Помоги ему! Не дай ему идти туда одному! О Тео и Нейте я позабочусь сама!

– Да, Лина, конечно… – приходя в себя, бубнит шокированный Зайд и, встав, бежит в ту сторону, куда ушёл Гай.

Нейт привстаёт, хватаясь за собственное кровоточащее плечо, подползает к лежащему Тео, чтобы осмотреть рану.

– Придурок, – шипит он. – Мы в одной лодке теперь. Но я-то тут по плану, а ты что здесь делаешь?

– Нейт, лежи, я… – начинаю, но он перебивает:

– Обо мне не беспокойся. Я ещё держусь. И пока не потерял сознание, лучше помогу кому-то.