Его пальцы выскользнули из меня, и я почти вздохнула с протестом, но он отвлек меня на долю секунды. Он поднял руку, посмотрев на свои пальцы тёмным, хищным взглядом. Едва заметная струйка моей влаги тянулась между ними, и его губы растянулись в дерзкой, опасной улыбке. Он медленно раздвинул пальцы, а затем облизал нижнюю губу, наблюдая за моей реакцией.

Моё дыхание сбилось, когда он поднес пальцы к своему рту. Его язык скользнул по ним, он вылизал их с такой дразнящей медлительностью, будто хотел показать, как сильно ему нравится вкус. Его взгляд был пронзительным, обжигающим, он не сводил глаз с моих, пока проглатывал каждую каплю.

— Ты чертовски вкусная, — прохрипел он, его голос звучал так низко и грубо, что мне показалось, будто он провибрировал у меня внутри. Мое тело отзывалось на него без остатка, и внизу всё пульсировало так, что я уже едва могла выдерживать это напряжение.

Словно больше не в силах ждать, он резко схватился за ремень, расстегнул его быстрым, почти яростным движением и откинул куда-то в сторону. Звук ударяющегося о стену металла на мгновение разрядил тишину, но это только усилило напряжение в комнате. Его пальцы ловко справились с пуговицами, и он сдернул джинсы, вставая с кровати.

Когда он отвернулся, чтобы положить их на комод, я не могла оторвать глаз от его тела. Мышцы напрягались при каждом движении, его спина была широкой и сильной, с линиями, уходящими вниз. Он достал из кармана джинсов маленькую упаковку презерватива, небрежно зажав её между пальцев.

Когда он обернулся, его взгляд был настолько пронзительным, что я невольно сглотнула. Этот момент был наполнен такой мощной энергетикой, что мои нервы натянулись, как струны. Моё сердце гулко билось в груди, и я ощущала, как всё тело пульсирует в ожидании того, что будет дальше.

Если он узнает, что я девственница… сбежит? это спугнет его?

Он двинулся ко мне, как хищник, уверенно, настойчиво, нависая над моим телом. Его горячие губы накрыли мою шею, оставляя мягкие, медленные поцелуи, которые тянули дорожку до подбородка. Он остановился всего в нескольких сантиметрах от моих губ, и я почувствовала его дыхание на своей коже.

— Скажи мне остановиться, — хрипло прошептал он, его голос был низким, но в нём звучала едва уловимая нотка… сожаления? Или сомнения? Его глаза встретились с моими, и я ощутила, как внутри всё сжимается от этого пристального взгляда.

— Не останавливайся, — прошептала я в ответ, почти одними губами. Это прозвучало так же тихо, но в моём голосе не было ни капли сомнения.

Его губы резко накрыли мои, но этот поцелуй длился всего мгновение. Он отстранился, его взгляд снова обжег меня, а затем он медленно стянул с себя боксеры. Я невольно затаила дыхание, мои глаза расширились, когда я увидела его. Член, большой, твёрдый, был доказательством его желания, и я вдруг ощутила смесь волнения и легкого страха.

Он взял в руки презерватив, не спеша надев его, всё это время не отводя от меня взгляда, в котором горели не только желание, но и что-то более глубокое. Он снова опустился ко мне, и, прежде чем я успела подумать, его пальцы зацепили ткань моих трусиков. Он сорвал их одним быстрым движением, так резко, что я ахнула от неожиданности.

Его тело нависло надо мной, сильное и уверенное. Его руки крепко сжали мои бедра, удерживая меня на месте, а в его глазах было столько настойчивости, что я не могла отвести взгляд. Он медлил лишь на мгновение, а затем одним движением вошёл в меня, резко и глубоко.

Чееерт…

Я напряглась, всё внутри будто оборвалось, а боль пронзила меня так сильно, что я невольно приоткрыла рот, но звук так и не сорвался.

Он тут же накрыл мои губы своими, не давая ни одного шанса выразить, что я чувствую.

Каждое его движение было уверенным, но слишком решительным, слишком быстрым. Я не успевала привыкнуть, не могла осознать происходящее. Ещё один толчок — резкий, сильный, от которого я сжалась, не в силах выдержать волну боли, накатывающую с каждым его движением. Слёзы подступили к глазам, но я отчаянно пыталась их сдержать. Я приоткрыла глаза и посмотрела на него, ожидая, что он поймёт, заметит, но его взгляд оставался сосредоточенным и напряженным. Он не видел. Не понимал. Как… как это возможно?

Почему он ничего не говорил? Почему не спросил? Разве не почувствовал, что у меня это впервые? Боль была острой, тянущей, и все внутри кричало от желания, чтобы он остановился, но я не могла произнести ни слова. Его пальцы вцепились в мои бедра еще сильнее, его движения оставались такими же твёрдыми и резкими, а его дыхание становилось всё более рваным.