Адель исчезла, и никто не знает, где она. Она не появляется на работе, не отвечает на звонки. Может, если бы Анна уделяла дочери больше внимания, такого бы не произошло. В социальной сети ее последний статус был два дня назад. Чёрт!

Меня бросило в дрожь. Что, если с ней действительно случилось что-то ужасное? Она могла быть похищена, сбита машиной... Или, что еще хуже, убита.

Промаявшись возле её дома несколько часов и не найдя ни единого намека на то, что Адель может быть здесь, я вернулась в общежитие, но на душе было неспокойно. Я знала, что если она не выйдет на связь завтра, мне придётся идти в полицию.

На следующее утро я снова набрала её номер — автоответчик. Проклятие! Снова связалась с её матерью, но теперь они уже были в участке. Когда я приехала, Анна рыдала. Её руки тряслись, слезы текли ручьем по щекам, и она не могла сказать ни слова. За нее говорил Мадриан, а я просто не могла поверить, что это происходит наяву.

— Мы найдём её... обязательно, — сказала я, приобняв Анну за плечи, но моя уверенность таяла с каждым днём.

Мы сидели в полицейском участке почти до вечера. Полицейские задавали вопросы, пытаясь выяснить, что могло произойти с Адель. Когда она исчезла? С кем она виделась в последние дни? Были ли у нее враги? Был ли кто-то, кто угрожал ей? Нас спрашивали обо всём, что могло дать хотя бы малейшую зацепку.

Я отвечала на эти вопросы, чувствуя, как тревога врезается в меня всё глубже. Пальцы начали трястись от волнения. Неужели Адель действительно пропала? Прокручивая в голове все её последние дни, я понимала, что у меня нет ни малейшей зацепки.

Полицейские не могли ничего обещать. Но они сказали, что будут искать её. Эти слова не принесли мне никакого облегчения. Мне казалось, что я теряю её с каждым часом, который она не выходит на связь. Я ушла из участка, чувствуя лишь одну огромную пустоту внутри.

По дороге домой я лихорадочно пыталась вспомнить, рассказывала ли мне Адель что-то необычное за последние дни — может, о новых знакомствах или странных событиях, которые могли бы быть зацепкой... Но всё будто стерлось из памяти, как пыль с книги. В голове была полная пустота.

Я уже почти подошла к дому, когда рядом неожиданно остановилась черная машина. Я застыла на месте, не отрывая взгляда от неё, пытаясь понять, кто это мог быть. Дверь машины открылась, и мужчина вышел наружу. Он быстро огляделся по сторонам, будто проверяя, что его никто не видит, и решительно направился ко мне. До того, как я успела отреагировать, он уже оказался рядом. В следующий момент я почувствовала, как его руки схватили меня, прижимая к лицу какой-то платок.

— Эй! Пусти! — закричала я, изо всех сил пытаясь вырваться. Паника накатила с такой силой, что сердце заколотилось в бешеном ритме, а воздух сдавил грудь. Я молотила его руками, пиналась ногами, но мои удары не имели никакого эффекта — он был слишком силён. Ужас буквально разрывал меня изнутри, пронзая каждую клеточку тела.

Странный запах, исходящий от платка, мгновенно ударил в нос. Это был резкий, химический аромат, от которого в голове закружилось, а глаза стали невыносимо тяжелыми. Я чувствовала, как силы покидают меня с каждой секундой, словно кто-то выкачивает из меня жизнь. Руки ослабели, движения стали заторможенными, и вскоре я уже не могла сопротивляться. Всё поплыло перед глазами, как в замедленной съёмке. Последнее, что я помню, — это как мир вокруг постепенно угасает, а веки опускаются, несмотря на все мои попытки удержаться в сознании.

Когда я открыла глаза, всё тело сковало страх. Я была в тускло освещенном помещении, напоминающем подвал. Холодные, влажные стены, слабый свет, просачивающийся через крошечное окно, создавали атмосферу удушающей безысходности. Черт, сколько дней я здесь? Время потеряло смысл. Иногда мне приносили еду – слипшиеся макароны и варёные яйца, но я не могла проглотить ни кусочка, так сжимался от ужаса желудок. Мне было страшно до дрожи. Тишина и неизвестность заползали под кожу, заставляя сердце трепетать в груди.

"Адель..." – вспыхнула мысль. Она здесь? Может, ее похитили так же, как меня? Или, не дай бог, её уже нет в живых? От этой мысли меня охватила паника. Слезы хлынули из глаз, скатываясь по щекам. Боже, что, если ее убили? Вот так и бывает: человек был – и нет. Без следа.

Дверь резко открылась, ввалились трое мужчин. Меня скрутили и грубо усадили на стул. Моё сердце готово было выпрыгнуть из груди. Их холодные взгляды и безмолвные действия нагнетали страх до предела. Что они собираются делать? Изнасилуют? Убьют? Закопают? " Господи, Линда, хватит!" – пыталась я остановить собственные ужасные мысли, но паника нарастала.

Один из них достал телефон и молча снимал меня на видео. Всего несколько секунд, но они казались вечностью. Затем камера выключилась, и мужчины вышли, не произнеся ни слова. Я сидела как вкопанная, пытаясь осознать происходящее. Что это было за адское шоу?