Я не знаю зачем это сделала, я прижала его руку к своей щеке.

— Спасибо…

А потом потянулась, чтобы поцеловать его в щеку, а он вдруг как-то резко дернулся, и я ткнулась губами ему в губы. Все тело пронизало таким острым разрядом электричества, что я чуть не застонала. Горячие сильные ладони тут же схватили меня за талию и до боли сдавили, а потом с такой силой отшвырнули назад, что я влетела спиной в стол и, тяжело дыша, уставались на него расширенными глазами.

— Еще раз так сделаешь я тебя убью!

Проревел и выскочил в кухни, как ошпаренный, а я… я невольно пальцы к губам прижала и ошалела до такой степени, что казалось, сейчас мешком на пол свалюсь. Такое легкое прикосновение, а у меня губы словно до мяса облезли и саднят невыносимо. И с ужасом понимание, что я бы стерпела от него все, если бы была его женщиной. А это страшно… Еще страшнее то, что он никогда не посмотрит на меня как на женщину. Я для него омерзительней слизняка. Вылетел так, словно к жабе прикоснулся.

Вот и этот день или час икс. Ненавистный и совершенно не ожидаемый. Оказывается, я не любила ходить в гости, не любила принимать гостей и вообще перемены в жизни страшили меня. Особенно такие. И это были далеко не гости — Барский ясно дал понять, что мы будем вместе с ними жить. Ними. Это как получить удар под дых, когда все мысли занимает только один человек. И я совершенно забывала и о его семье, и о том, что рано или поздно мне придется их увидеть. Меня одели как скромную школьницу разве что банты не повязали.

Я даже в зеркало смотреть не стала. У нас вообще с Барским все испортилось после того поцелуя. Он ни разу не приехал домой. И поэтому какая-то часть меня радовалась этой поездке, а другая боялась. Перед тем, как выйти из машины Захар повернулся ко мне и буквально просверлил во мне дыру

— Я предупредил. Не дай Бог мне хоть что-то не понравится.

Лично мне не понравилось все. Даже жом этот не понравился, потому что на дворец походил, и я чувствовала себя ущербной еще до того, как вообще в него вошла. У меня забрали куртку подсунули мне комнатные тапочки. В помещении едва уловимо пахло ванилью и специями. Оглядываться по сторонам я даже не стала. Успею насмотреться. Сейчас я слишком нервничала, чтобы оценивать и составлять мнение. Едва мы ступили пару шагов, как нам навстречу вышла женщина. Миниатюрная, чуть полноватая блондинка с мягким цветом стриженных по плечи волос и плавной походкой. На вид не намного младше Барского. Но очень ухоженная, можно сказать даже холеная. Хотя мне не понравилось ее темно-розовое шерстяное платье. Оно ее полнило. Мне все в ней не понравилось с первого же взгляда — я поняла, что это его жена и с этой секунды она могла хоть бисер передо мной метать и изрыгать цветочные лепестки это бы ничего не изменило меня бесило б каждое ее слово. И особенно разозлила ее улыбка и попытка тут же мне угодить и понравится. Подружиться надумала. Не, че тактика как раз выбрана верно, если б только это была не я.

— Есения, Захар много о тебе рассказывал. Добро пожаловать. Мы очень тебя ждали.

— А что рассказывал? — я проигнорировала ее приветствие и вопросом тут же застала ее врасплох.

— О твоей тяжелой жизни.

Не растерялась она и снова улыбнулась.

— Меня зовут Светлана Игоревна, но ты можешь называть меня просто по имени. Никакой официальности. Чувствуй себя как дома.

— Светочка, там уже все готово? Где дети?

Отвлек ее барский и от его «Светочка» у меня защекотало в верхнем желудке, вызывая позыв к рвоте. Повернулась к нему и оторопела. Передо мной словно совсем другой человек. От льда и следа не осталось. Улыбается, черты лица мягкие, расслабленные, Светочку свою под локоток держит. Только в глазах металл и он меня ими прессует. Напоминая о том, что сказал в машине. И я поразилась насколько это человек умеет перевоплощаться. Это ведь непостижимо быть настолько разным со всеми. И снова страх вперемешку с восхищением и все той же ненавистью за то, что со мной никогда так не говорил. Со мной Барский не церемонился.

— Да, дети дома. Игнат как раз с учебы приехал, а Ларочка час назад окончила занятия по музыке и с нетерпением ждала твоего приезда. Мы все соскучились.

Ясно. Семейство задротов, пытающихся угодить венценосному папочке. На зубах словно сахар захрустел. Я тут от скуки загнусь. У Зааоа зазвонил сотовый и он тут же отошел от нас в сторону, взглянув на экран телефона.

— Идем, Сенечка, я отведу тебя в залу ты, наверняка, проголодалась.

— Нет, не очень. Я дома поела.

И опа! Попала прямо в цель. Блондинка слегка изменилась в лице. Скорей всего ее дернуло от слова «дома». Это тебе за Светочку. Мне тоже не понравилось.

— Дома?

— Да, в том доме, где я жила все это время.