"Не жди меня. Не пиши больше. Считай, что Камрана Байрамова больше нет."

Письмо выпало из рук. Я сидела на полу и рыдала — до судорог, до рвоты, до потери сознания.

Он отказывается от меня. Отталкивает единственного человека, который его любит.

Но в конце было: "P.S. Если все-таки невиновна — прости."

И я поняла — он сомневается. Страдает. Пытается меня оттолкнуть не из ненависти, а из любви.

Дурак. Мой любимый дурак. Думает, что так для меня лучше.

Вытерла слезы и села писать новое письмо. Несмотря на запрет. Второе письмо — упрямое, настойчивое.

Потому что любовь не умеет подчиняться приказам.

И я докажу ему, что я не предательница. Даже если это займёт всю жизнь.

Есть моменты, когда твоя жизнь делится на "до" и "после". И этот момент стоит две полоски на тесте для беременности.

Сижу на полу в ванной комнате и смотрю на пластиковую палочку, которая только что перевернула мой мир. Две яркие розовые полоски. Четкие, безжалостные, неопровержимые.

Беременна.

Руки дрожат так сильно, что тест выпадает и звонко ударяется о кафель. Звук как выстрел в тишине пустой квартиры.

От Камрана.

Воздух застревает в горле комом. Легкие отказываются работать. По телу прокатывается волна такого ужаса пополам с экстазом, что кожу покрывает холодный пот.

Я беременна от человека, который считает меня предательницей.

Ношу под сердцем ребенка мужчины, который запретил мне себя ждать.

Какая чудовищная ирония судьбы.

Встаю на подкашивающихся ногах, хватаюсь за раковину. В зеркале на меня смотрит бледное лицо с огромными глазами. Лицо женщины, которая только что узнала, что станет матерью в двадцать лет. Одинокой матерью.

Материнство — это любовь к тому, кого еще никто не знает. Но что делать, когда отец этого "кого-то" не верит в твою верность?

Опускаюсь обратно на пол и обхватываю живот руками. Там, внутри, уже растет маленькая жизнь. Частичка Камрана, которая будет со мной всегда, даже если он сам меня отвергнет.

Слезы начинают течь сами собой. Не от горя — от переполняющих чувств. Радости, страха, отчаяния, любви — все смешалось в один ком, который распирает грудь изнутри.

Что я ему скажу?

Как объяснить мужчине, который мне не верит, что беременна его ребенком?

Он подумает, что вру. Что придумываю беременность, чтобы разжалобить его.

Представляю его реакцию и становится физически дурно. Тошнота поднимается к горлу — то ли от токсикоза, то ли от ужаса перед предстоящим разговором.

Достаю телефон, открываю контакты. Номер гинеколога. Надо записаться на прием, подтвердить беременность, встать на учет. Все как у нормальных людей. Только я не нормальная — я женщина, которая беременна от зека.

"Отец ребенка отбывает срок за убийство", — скажу врачу. Интересно, что она подумает?

Звоню и записываюсь на завтра. Голос дрожит, но слова произношу четко. Актерское мастерство — полезная штука, когда нужно скрыть, что твой мир рушится и отстраивается заново каждую секунду.

Вечером сижу за письменным столом и пытаюсь написать Камрану. Исписала уже десяток листов, но каждый раз получается одно и то же — жалобное нытье беременной женщины.

"Камран, я беременна. От тебя. Пожалуйста, поверь мне…"

Комкаю лист. Он не поверит. Скажет, что пытаюсь его обмануть ради снисхождения суда или досрочного освобождения.

"Любимый, у нас будет ребенок…"

И снова в корзину. Он больше не любимый. Он мужчина, который написал мне: "Считай, что Камрана Байрамова больше нет".

"Мне нужно с тобой поговорить. Это важно…"

Тоже хрень. Он решит, что я готова на все, лишь бы вытащить его из тюрьмы.

Откидываюсь на спинку стула и закрываю глаза. В животе что-то трепещет — не ребенок еще, слишком рано, но само осознание того, что там внутри зарождается жизнь.

Если расскажу — он не поверит.

Если не расскажу — он никогда не узнает, что у него есть сын или дочь.

Безвыходность. Идеальная, математически точная безвыходность.