Мои пальцы задрожали, когда я потянулась к следующему письму. Но в этот момент тишину снова разорвал звук телефона.

Я вздрогнула, едва не уронив ноутбук. Телефон вибрировал на столе, экран светился тем же незнакомым номером, что и прошлой ночью.

Сердце бешено заколотилось. Это был он. Тот самый звонок.

Я медленно взяла трубку, словно каждое движение давалось мне с трудом. Ответила, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.

– Алло? – мой голос дрожал.

На другом конце снова была пауза.

– Кто это? Что вы хотите? – спросила я, но голос уже оборвался. Звонок сбросили.

Я опустила телефон, чувствуя, как мои руки дрожат. Моё тело будто окоченело, но внутри всё горело от страха и тревоги.

"Кто-то наблюдает за мной. Кто-то знает, что я ищу. И этот кто-то… играет со мной," — осознание пронзило меня, словно ледяной нож, проехалось по нервам.

Я смотрела на телефон, надеясь, что он снова зазвонит, но экран погас. Моя голова кружилась от беспомощности.

Я перевела взгляд на экран ноутбука, где всё ещё светилось имя "Вера". Она. Всё это связано с ней. Я чувствовала это.

***

Я стояла у входа в квартиру Марины Николаевны, с трудом удерживая на лице маску спокойствия. Эта женщина всегда вызывала у меня уважение и… холодный трепет. Её взгляд мог прожечь тебя насквозь, как будто она сразу видит всё, что ты хочешь скрыть.

Когда дверь открылась, я невольно выпрямила спину.

– Олеся? – её голос был холодным, как и всегда, но я заметила лёгкое удивление в её глазах.

Марина Николаевна выглядела так, будто готовилась к приёму гостей высокого ранга. Светлый брючный костюм, идеально уложенные волосы, лёгкий макияж. Даже дома она выглядела так, словно всё в её жизни под контролем.

– Здравствуйте, – произнесла я, стараясь говорить ровно. – Могу я войти?

– Конечно, – её голос был безэмоциональным.

Я вошла в просторную гостиную, где всё буквально кричало о роскоши. Высокие потолки, мягкий свет из дорогой люстры, мраморный пол, блестящий так, что можно было увидеть своё отражение. Большие окна, через которые открывался вид на центр города, и строгая мебель, которая выглядела так, будто её никогда не трогали руками.

Марина прошла в сторону кухни и жестом пригласила меня сесть на диван.

– Чай? Кофе? – спросила она, не глядя в мою сторону.

– Нет, спасибо, – ответила я. Мне нужно было говорить, а не пить.

Я смотрела на неё, стараясь поймать её взгляд, но она словно избегала его, занятая своими делами. Я не стала ждать.

– Марина Николаевна, – начала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. – Вы знаете, где Андрей?

Она замерла, на секунду медленно повернула голову ко мне, а затем вновь занялась чашкой, будто вопрос был совершенно будничным.

– Я же уже сказала, Олеся. Я не знаю, где он, – её голос был таким же ровным и бесстрастным, как всегда.

– Но вы точно уверены? Может, он упоминал что-то, говорил, что собирается куда-то? Не понимаю, почему вы так спокойны?

– Олеся, – она взглянула на меня, её серо-голубые глаза холодно блеснули. – Ты изводишь себя. Андрей… он просто занят. Иногда мужчины так делают. Мне не о чем переживать. Я просто знаю своего сына.

Её слова ударили меня, как пощёчина. "Занят"? Он пропал уже несколько дней. Как можно быть таким спокойным?

– Простите, но "занят" – это не объяснение, – резко произнесла я. – Он исчез. Телефон выключен. Его нет на работе. И вы хотите сказать, что это нормально?

Она слегка сжала губы, поставила чашку на стол и села напротив меня.

– Олеся, я понимаю, ты переживаешь, – сказала она. – Но Андрей — взрослый мужчина. Может, он просто решил побыть один.

Я смотрела на неё, чувствуя, как внутри всё закипает. Она говорила это так легко, так отстранённо, что мне захотелось закричать.

– "Побыть один"? Вы серьёзно? Он исчез без объяснений, без звонков, а вы говорите, что это нормально?

Её взгляд чуть напрягся, но она тут же вернула себе привычное спокойствие.

– Олеся, не драматизируй. Всё уладится.

– Хорошо, – я сделала глубокий вдох, прежде чем задать следующий вопрос. – Тогда скажите, кто такая Вера?

Её лицо изменилось. На секунду. Очень короткую, но я это заметила.