— Ты ничего не знаешь, пацан. Думаешь, что всё под контролем? Эти ублюдки не играют по правилам. Сегодня выйдешь на ринг, а завтра тебя найдут в канаве с перерезанным горлом.

Захар смотрит на меня с вызовом, но в глазах мелькает горечь. Он знает, что я прав. Так какого черта попёрся? Отпускаю его, делаю шаг назад.

— Уходим, — приказываю.

— А если я останусь? — упирается. Ну давай, раздразни меня ещё больше.

— Если останешься, то больше не вернёшься, — говорю холодно. — Выбирай.

Он молчит. Несколько долгих секунд тишины.

— Эй, Лютый!

Блять. Сразу узнаю голос. Жаров.

Много лет назад сам начинал с подобного. Так и познакомились: тогда уёбок был мелкой сошкой, а сейчас, блять, поднялся. Подмял клуб под себя. Хозяин. Но дань то все равно платит.

Оборачиваюсь. Дэн ухмыляется, руки на груди скрещивает.

— Давно не виделись. Пришёл поддержать родственничка?

— Мы уходим, — отрезаю. – а ты еще раз его здесь увидишь в шею гони, понял?

— Ээээй, не так быстро. Захар подписал контракт. Он должен выйти на ринг.

— Контракт? — Пульс по вискам долбит. — Ты что, совсем ебанулся, мелкий?

Пацан молчит, потупившись. Понимает, что накосячил. Но правила есть правила. Я поворачиваюсь к Дэну.

— Я выйду вместо него.

Жаров смеётся.

— Ты? На ринг? Не в обиду, но староват уже, Лютый. Мне молодая кровь нужна.

— Не бойся, — усмехаюсь. — Я не разочарую твоих зрителей. Надо кости размять.

- Блядь, Лютый, не комильфо…

- Срать хотел. Все порву мясо, которое ты там подсунул и с мелкого контракт уберешь не то я твой притон нахуй сожгу, понял?

- Понял…да я и так контракт отменю. Не кипешуй.

- Мне драться хочется. Так что отвали.

Стягиваю куртку, разминаю плечи. Толпа начинает гудеть, предвкушая зрелище. Противник — амбал, на голову выше меня. Но мне похуй. И не таких с ног сбивал.

— Готов? — спрашивает судья.

Киваю.

Вспышка света, и мы на ринге. Адреналин разливается по венам огненной лавой.

Бросаюсь вперёд. Уёбок пытается перехватить, но я уворачиваюсь. Пробиваю локтем в бок. Да чёрт возьми! Хруст рёбер отсюда слышу. Хорошее начало. Толпа ревет, чувствуя запах крови.

Он контратакует, но я легко ухожу в сторону. Понимаю, что бить по-максимуму сразу — не лучшая тактика. Надо вымотать ублюдка.

Вижу краем глаза, как Жаров улыбается. Сука, наслаждается шоу.

Противник ловит меня на ошибке. Мощный удар в челюсть сбивает с ног. Ахуететь. Звёзды перед глазами. В ушах звенит. Чувствую вкус крови во рту. Мудак попал точно в цель. Толпа ревёт ещё громче.

— Ах ты, гнида! — рычу, приходя в себя.

Секунда, и я снова в бою. Теперь моя очередь.

Наношу встречный удар по печени. Тот сгибается пополам.

Бью точно и быстро. Он делает шаг назад, пробует найти равновесие. Но я не даю ему времени. Бросаюсь вперёд, наношу сокрушительный удар коленом в живот. Снова сгибается пополам, воздух с хрипом выплевывает.

Но все ещё держится. Упертый.

Поднимается. Глаза горят ненавистью и яростью. Бросается, как раненый зверь, но снова успеваю увернуться. Хватаю за шею, прижимаю к канатам. Собираю остатки сил, ударяю локтем по затылку.

Откидываю от себя. Он отшатывается. Ещё один удар — в челюсть. Чувствую, как хрустят кости под моими кулаками. Он падает на колени, но пытается встать.

— Не вставай, сука, — рявкаю, врезая ему в лицо. Его голова дергается назад, глаза закатываются. Он падает на пол, бессильно раскинув руки.

Жаров стоит в стороне, наблюдая за происходящим. Понимает, что лучше не рисковать. Хитрый ублюдок. Единственное, о чём жалею сейчас, — что не грохнул его раньше.

Гнев бьёт в голову. Дышать тяжело, каждый вдох словно через ледяной фильтр проходит. Но ничего, это временно. Я выводы сделал. Надо потрясти гадюшник сукина сына.

Спускаюсь с ринга и направляюсь к Захару. Злость гашу. Беру эмоции под контроль. Хотя самого на части разрывает.

— Всё, уходим

Проходим через толпу, напористо пробиваясь к выходу. Люди расступаются. Наконец, оказываемся на улице. Холодный ночной воздух бьёт в лицо, немного отрезвляя.

— Вперед — киваю в сторону машины.

Захар молча садится на пассажирское сиденье.