Радич вышел из здания с привычно-отрешенным лицом, а Володин на ходу снимал перчатки и с кем-то говорил по сотовому.

– Уничтожен каких-то десять-двадцать минут назад. Казнён, как и все остальные. Поехали отсюда. Пусть полиция выполняет свою работу. Нам незачем тут светиться.

Стефан открыл для меня дверь и сам сел в машину. Володин, как всегда, за руль. Охрана следом за нами на двух машинах, выдерживая расстояние, чтобы не привлекать внимание.

– Гони к гостинице. Встреча была назначена на пять. Уже начало шестого. Они все в сборе. Покончим с этим и в аэропорт. Нас там уже ждёт человек Романа. Вывезет грузовым самолетом.

– Как на пять? Но я думала, что мы только созовем их после разговора со Шрайбергом!

– Никто не стал бы ждать так долго. Они все на чемоданах. Все готовы сорваться с места, и сорвутся, едва лишь узнают о смерти осведомителя. Я с трудом их собрал и заставил приехать на встречу. Это собрание – фарс, Дарина. Они уже все давно решили, но из уважения и страха перед вашей семьёй не посмели дернуться. Я простоял под вашими окнами два часа. Я не хотел вас будить. Вы уснули впервые за эти два месяца спокойно, а вам был необходим отдых.

Бросила на него быстрый взгляд – такое же бесстрастное лицо, как и всегда. Я могла бы подумать, чёрт знает что, будь это кто-то другой. Но только не Радич.

– Если вы ослабнете, всем придет конец. Всё держится только на вас. Они в вас верят. Ждут ваших решений. Вы должны быть сильной.

Усмехнулась уголком рта. Вроде не сказал ничего особенного, а вынудил гордо выпрямить спину и взять себя в руки. Редкое качество. Я бы сказала, уникальное. Радич не раз заставлял меня собираться по кусочкам. Без ложной жалости.

Машина приближалась к зданию гостиницы у моста. Мы должны были объехать его и припарковаться со двора у черного хода. Но в этот момент у меня зазвонил сотовый. Быстрый взгляд на дисплей – Яша. Как не вовремя. Очередной разговор о том, что я обязана бежать. Обязана покинуть страну. Разговор о том, что я должна думать только о них и о себе. И он в чём-то был прав, но…но я так не могу! Я не могу думать только о них и о себе. Я смотрю на этот мир только ЕГО глазами. Максима не станет, и я ослепну. Тогда плохо будет всем. Тяжело вздохнув, я все же ответила сыну, выходя из машины и прикрывая дверцу.

– Да, родной!

– МАМА! – он закричал так громко, что я чуть не выронила смартфон и инстинктивно схватилась за живот, – Уезжайте оттуда! Они все мертвы! Слышишь? Не входите в здание, мама! Я знаю…слышишь? Я знаю, что там все мертвые! Мне сказали…МАМА!

Не успел договорить, как Радич повалил меня на землю и накрыл собой. Раздался взрыв, оглушительный настолько, что у меня кровь чуть не потекла из ушей, и сердце дёрнулось с такой силой, что, казалось, сломает ребра. На землю полетели обломки арматуры, черепицы и осколки стекла. На какое-то время я оглохла, тяжело дыша и прижимая руки к животу, пытаясь осознать, что произошло на самом деле.

Вокруг раздавались крики людей и выли сирены полицейских машин и скорых. Стефан поднял меня с земли и смотрел мне в глаза, а я так же смотрела в глаза ему.

– Улетаем сейчас же! Слышите?! Без вопросов и промедлений!

– Мне надо домой…за вещами, – пробормотала я.

– Мы должны были быть там. И кто-то знал об этом. Вам нельзя ехать домой.

Я судорожно сглотнула и медленно выдохнула, невольно опять приложив ладонь к животу и понимая, что я впервые чувствую, как зашевелился ребенок.

Володин выбежал к нам из толпы, окружившей здание.

– Убираемся отсюда. Я видел одного из палачей. Ублюдки зачем-то вернулись обратно. Скорей всего, проверить, не остался ли кто в живых. На здании есть видеокамеры и, судя по всему, они пока не тронуты. Мои ребята наблюдают онлайн, и уже сегодня мы будем знать врага в лицо.

– Зачем взрывать? Если это казнь, зачем заметать следы? – у меня все ещё шумело в голове. Я все ещё не могла окончательно осознать, что они все мертвы. Все те, кто из-за меня пришёл на тайную встречу, кто доверял мне и не уехал без моего разрешения.

– Соблюдают маскарад. Слишком много смертей, чтобы быть незамеченными. И если прошлые зачистки были единичны, то сейчас они уничтожили одним махом два десятка. Нужно было это как-то скрыть. Террористический акт – самое актуальное преступление на сегодняшний день. Убираемся отсюда, пока они не поняли, что уничтожили не всех.

Я села в машину, чувствуя, как трясет от осознания того, что все наши соратники остались там, под обломками. Все, кто верны были долгие годы мне и Максиму. На секунду потемнело перед глазами от понимания, что там мог быть мой брат и Изгой, но они уже должны были выехать заграницу. Меня трясло крупной дрожью, и я закрыла лицо руками.

– Там могли быть Андрей и… и еще наши.

– Там должны были быть вы, понимаете!? ВЫ! Я! Никто не знал об этом месте. Никто не знал о нашей встрече. Вы еще кому-то говорили?

– Нет. Только Артему и брату. Я советовалась с ними, как лучше поступить.