– Не понятно! Мне пока понятно только одно – что мы все бежим отсюда, как трусливые крысы! Не выяснив, не обороняясь. Нужно встретиться с теми, кто еще находится в Европе, и решить, что мы делаем дальше. А еще…еще нужно дождаться ответа от Максима. Я уверена, он скоро объявится или даст о себе знать.

Ложь! Я не была в этом уверена. Я уже месяц как не была ни в чем уверена и месяц, как в проклятом дежавю, я отказывалась верить в то, что он не вернется оттуда. Радич так же резко встал напротив меня. Похоже, его мегатерпение лопнуло именно в этот момент.

– Пока мы будем чего-то ждать, они перережут нас, как скот. И что значит обороняться? Против кого? Против самых могущественных людей?

– Когда-то мы оборонялись уже от них, почему не можем обороняться сейчас?

– Оборонялись и попали прямиком в лапы Лиса?

– И все же результат налицо – Зарецкий мертв, и убила его я! И я повторяю: так почему мы не можем выступить против них?! Флешка с информацией у нас. Оружие, армия пойдет за нами. Мы можем купить целые подразделения!

Теперь уже Рарич ударил ладонями по столу.

– Бежать надо, пока не поздно, а не ждать неизвестно чего. Ваши дети в опасности, ваша семья, вы сами, в конце концов! Макс был среди них…выполнял приказы, был одним из их начальников. Мертвый! Вот его кличка! И тот, кто становится в их ряды обратно уже не возвразщается! Возможно, он сидит в казематах и ждет своего приговора, и вы, Дарина, ничем в этот раз не сможете ему помочь! Так помогите себе, хотя бы раз, черт возьми!

Тяжело дыша, я смотрела на Радича, а он не отводил взгляд, он сверлил меня им до самых мозгов, он кричал мне этим взглядом, что я опять воюю с ветряными мельницами.

– Значит, мы соберем совет завтра же! Значит, я встречусь с Шрайбером, и он мне расскажет лично, какого дьявола не выходит на связь и почему мы в черных списках спецслужб!

– Лично?! С нашим осведомителем? С осведомителем, который при последней встрече отказался от дальнейшего сотрудничества с нами? Вы вообще верите, что это сотрудничество было?

– Он работал и на нас, и на них. В свое время он добывал для нас ценную информацию, и это спасло десятки жизней.

– А последние два раза он нас дезинформировал. И он не поставил нас в известность о том, что открыта охота и члены семей нашего клана будут убиты. Карателями. Тем самым отрядом в котором был ваш муж. Секретным подразделением, которое выполняет приказы правительства!

– Это могут быть не…каратели.

– Они самые! И я не удивлюсь, если ими руководит один из тех, кого мы хорошо знаем! Если я прав, то это просто апокалипсис, Дарина! Это конец. Отряд карателей просто проедется катком по всем неугодным.

– А как же суд? Как же справедливая кара, которую нам гарантирует правительство?

– Суд уже был, и приговор вынесен. Если здесь отряд карателей во главе с Лисом, то они приводят приговор в исполнение. Они уполномочены и имеют все права.

Я в отчаянии заломила руки и судорожно смахнула холодный пот со лба.

– Тогда нам не поможет прятаться. Они найдут нас везде!

– На какое-то время поможет. Пока каратели не пополнят свои ряды, и не получат приказ начинать войну с беглецами.

– Мне нужно увидеться с Иваном. Я хочу знать, что произошло с Максом. И только он может дать мне информацию. Только этот сукин сын имеет хоть какое-то представление, где мой муж и что с ним происходит. Что ждет всех нас, и какого дьявола на нас объявили охоту?!

Голова кружилась всё сильнее, и я села обратно в кресло, сжимая пальцами переносицу, пытаясь справиться со слабостью.

– Володин, принеси холодной воды для Дарины.

– Я не хочу пить.

– Пейте и постарайтесь успокоиться. Вас теперь двое. Нервничать нельзя!

Подняла на него яростный взгляд. Как? Откуда, чтоб его? Никто не знает. Ни одна живая душа. Только я и Фаина.

– Обязан знать по долгу службы, – усмехнулся, скорее, виновато, но не без доли триумфа.

Значит, прослушка даже в доме у Фаины. Ловко. Что ж, у меня не было ни сил, ни желания отрицать, что я беременна. Да и зачем? Скоро это станет заметно всем. Пока что я с успехом скрывала чуть округлившийся живот под просторной одеждой, но это ненадолго, еще несколько месяцев – и вся правда вылезет наружу в полном смысле этого слова.

А пока я всего лишь хотела, чтоб об этом не знала моя семья и дети, потому что …потому что я не была уверена, что смогу выносить этого ребенка. Ни я, ни Фаина.

– Вы бледны, как смерть, – Стефан распахнул широко окно, и я с облегчением вдохнула свежий воздух. Определенно, так намного легче. Даже боль в животе перестает пульсировать и сводить с ума тягучей монотонностью. Но ненадолго.

Стефан поддержал меня под локоть, когда у меня подогнулись ноги от очередного приступа головокружения.

– Вам нужно уезжать из города немедленно! Позаботиться о себе и о ребенке.

– Собрание и встреча с Шрайбером! – глубоко вдохнула запах дождя и озона, – И только потом я уеду.