— Только ты и рад, — выдаю правду за шутку. — Но мне и этого достаточно. А теперь я хочу поскорее вернуться домой. — Тео усмехается, и я понимаю, что должна была выразиться не так прямолинейно. — Прости за мою бестактность.

— Все в порядке, Астра. Мне нравится твоя откровенность.

— Как ловко ты завуалировал слово «невоспитанность».

— И вовсе нет. Не выдумывай. — Он приближается ко мне еще на пару шагов и замирает на расстоянии вытянутой руки. — Разве такие красивые и элегантные девушки, как ты, могут быть невоспитанными?

Я сглатываю, но не показываю смущения, запихиваю неловкость от громких комплиментов куда подальше и улыбаюсь так обворожительно, как только умею.

— Спасибо.

— За правду не благодарят, — отвечает Тео, не сводя с меня глаз. Кажется, улыбка действует: он обольщен.

— Тогда ты тоже ничего. — Я чувствую, что начинаю нервничать рядом с ним, и тогда моя рука автоматически тянется к цепочке на шее, чтобы унять дрожь в пальцах, но я не могу нащупать тонкий кулончик в форме буквы «А». — О боже! Кажется, я…

— Что случилось?

— Я… — Мой взгляд мечется по озадаченному лицу Тео.

Нет, я не могу сказать ему про цепочку, иначе он обшарит весь дом и наверняка обнаружит букву «А» на полу винного погреба. Только там она и может быть, но Тео не должен об этом знать, ведь я не смогу придумать адекватное объяснение.

— Я забыла вызвать себе машину. А уже так поздно.

— И всего-то? — Тео мгновенно расслабляется. — Это не проблема. Я тебя подвезу.

— Нет, ни в коем случае! — противлюсь я.

— Почему? Я не пил и могу сесть за руль. Думаю, Алонсо разрешит воспользоваться его машиной.

— Не хочу тебя напрягать. И уж тем более отвлекать от… Мелани.

— Тео, ты здесь? — Нас прерывает голос Эммы, раздавшийся из коридора. — Мелани решила поехать домой с мамой. Она интересуется, не отвезешь ли ты их? — Эмма заступает в столовую, и как только ее взгляд наталкивается на меня, выражение ее лица каменеет.

— Я как раз об этом и говорил Астре, — подхватывает Тео. — Попрошу у Алонсо машину и развезу всех по домам.

— Тео, не стоит… — пытаюсь вмешаться я, чувствуя, как взгляд Эммы жжет дыру у меня во лбу.

— Мне не сложно, — не отступает он. — Идем. — Зовет меня за собой, и я медленно прошмыгиваю мимо Эммы в длинный коридор, ведущий к холлу. — Не дожидайся меня, мам. Сегодня выдался непростой день. Тебе не помешает отдых.

— Да, дорогой, ты прав. Этот день с натяжкой можно назвать днем Благодарения. И Астра…

— Да? — Я оборачиваюсь.

— Спасибо, что не выдала нас. Дело в том, что Алонсо не любит вспоминать прошлое, и он не хочет, чтобы мы с Тео поддерживали отношения с людьми из нашей старой жизни. И если бы он узнал…

— Не нужно, Эмма, — отрезаю я. — Меня не касается ваша новая жизнь. Повторюсь: мы с Тео встретились случайно. И да, мы работаем вместе. Но это не отразится на вашей семье. Обещаю. — Завожу левую руку за бедро и скрещиваю пальцы.

Эмма, кажется, верит, а я… Я чертовски устала лгать.

***

— Астра, а ты будешь и Рождество с нами праздновать? — внезапный вопрос Мелани выводит меня из состояния полудрема по пути в их особняк на окраине Роли.

Она сидит на переднем пассажирском сиденье и бросает на меня взгляд через плечо. Ее мать, устроившаяся рядом со мной сзади, тоже таращится на меня в ожидании ответа.

— Эм… нет, не планировала, — сглатываю я.

— Почему? — не унимается Мелани. Ее огромная брошь в форме пышной розы потрясывается от резкого скачка машины. — Тео сказал, что у тебя нет семьи и друзей. Значит, ты совсем одна в этом городе, так почему бы…

— У меня есть семья. И друзья тоже имеются, — слишком резко реагирую я, моментально затыкая Мел.

— Прости, я не хотела тебя обидеть… — тушуется мисс Златовласка. — Наверное, я неправильно поняла…

— Наверное. — Я понимаю, что слишком груба с ней, но мне не хочется поддерживать эту беседу. Мне не нужно ее сочувствие и уж тем более — жалость.

В Рождество ко мне приедет Энзо. Он — моя семья и все мои друзья вместе взятые. Больше мне никто не нужен. И даже если нас разделяют тысячи миль, я все равно никогда не остаюсь одна.

Мы никогда не остаемся одни.

Я и Энзо. Мы одно целое.

Никто больше не решается нарушить тишину салона до остановки у виллы семьи Мелани. Я так и не узнала их фамилию или род деятельности ее отца. На самом деле мне все равно. Не люблю засорять память ненужной информацией о ненужных людях. Через полгода я о них даже не вспомню.

Тео, как настоящий джентльмен, выходит из машины и распахивает дверцу сначала для матери Мелани, а следом — и для самой Мел. Я стараюсь не смотреть, как они прощаются, как она виснет на его шее и целует в губы, как подгибает одну ножку, будто заблудилась в старой голливудской мелодраме, и громко смеется, когда он что-то шепчет ей на ухо.