И дело было даже не в угрозе в мой адрес, которая вселяла в меня страх, хотя я с готовностью мог признать, что не являюсь поклонником его кулаков, претендующих на мое тело, а в том, что он намекнул на то, что Ксавье будет вовлечен в это. Что он накажет моего брата, если я не смогу избавиться от Вега, как будто он может нести за это какую-то ответственность. Но дело было не в этом. Отец знал, что теперь я умею принимать собственные наказания, независимо от того, ненавижу ли я их. Я научился терпеть побои и держать язык за зубами. Я привык видеть цвет собственной крови. Мне можно было сломать кость без единого крика. Я уже хорошо знал все эти тонкости. Но Ксавье не был похож на меня. Он не мог не вздрогнуть, когда мой отец поднимал кулак, а я не мог допустить, чтобы из-за моих неудач он встретил конец.

Отец любил часто повторять мне, что любовь — это слабость, и я знал, что он стремится доказать мне это каждый раз, когда причиняет боль мне, причиняя боль моему брату. Но я сделаю все возможное и невозможное, чтобы встать между ним и монстром, который нас вырастил.

— К тому времени они уже давно уйдут, — поклялся я, запустив руку в волосы и схватив их за корни.

— Лучше бы так и было, — отец сбросил вызов, и мне пришлось сопротивляться желанию отшвырнуть свой гребаный Атлас от себя и позволить ему разбиться на миллион кусочков о дальнюю стену.

Я глубоко вдохнул и выдохнул через нос, пытаясь сдержать ярость, а затем позволил себе направить ее в нужное русло. На Вега. На двух потерянных девушек, которые имели несчастье снова найтись. Не имело значения, что я думаю о приказах отца — это никогда не имело значения. Все, что имело значение, это как можно скорее вывести их из этой академии и исключить из борьбы за трон. Так что, полагаю, мне просто придется повысить ставки.

Я поднялся на ноги, достал из сумки запасную футболку для питбола и надел ее взамен той, что была сорвана с меня, после чего оглянулся на поле. Орион все еще наматывал круги, и я попрощался с ним, прежде чем оставить его, вышел со стадиона для питбола и начал двигаться в сторону Сферы.

Я выбрал путь, который вел через Стенающий Лес, и пытался не волочить ноги, думая об угрозах отца и о том, в каком положении оказался мой брат, застрявший с ним в этом гребаном доме. Я не мог дождаться следующего года, когда он тоже будет учиться в академии, по крайней мере, это будет безопасно и на расстоянии от человека, который нас породил, если не на все время, то на большую его часть.

Я шагал по знакомым тропинкам, думая о словах отца и о том, как бы снова встретиться с другими Наследниками, чтобы мы могли придумать новые стратегии избавления от этой заразы Вега.

Но даже когда я пытался обдумать, как лучше сделать их жизнь невыносимой, я не мог не вспомнить вызывающий блеск в глазах Рокси, когда она смотрела на меня после своего посвящения. Я хотел поймать этот взгляд и сохранить его в бутылке, чтобы всегда держать при себе. Этот взгляд заставил меня почувствовать себя более живым, чем что-либо еще за долгое время, и мысль о том, что мне придется прогнать ее отсюда, прежде чем у меня появится шанс ощутить его снова, заставила мою челюсть сжаться от раздражения. Но дело было не во мне и не в моих ничтожных желаниях. Да и вообще, какое значение имело то, чего я желал? Я был простой пешкой в планах отца, и он достаточно доходчиво изложил свои инструкции.

Вспышка голубого света в лесу привлекла мое внимание — какой-то ученик бросил заклинание, и звериный рык кого-то в форме Ордена донесся до меня по ветру. Я проигнорировал это, не интересуясь тем, чем занимались сегодня другие студенты, и зная, что они не посмеют меня беспокоить. Возможно, мои силы были не на высоте, но золото, которое я носил, давало мне достаточно магии, чтобы играть с ней, если понадобится, и я продолжал черпать из него энергию с каждым мгновением, пока оно оставалось в контакте с моей кожей.

Но пока я шел по тропинке, я заметил впереди кого-то, кто замер при виде света, и мои брови изогнулись дугой, когда я сумел различить очертания ее профиля в лунном свете, пробивавшемся сквозь деревья. Должно быть, звезды благоволили мне сегодня.

Я смочил губы, глядя на стоящую Рокси Вега, хищник во мне чувствовал ее страх, как запах ветра, а угрозы отца звенели в ушах.

Иногда я ненавидел того, кем он заставлял меня быть. Но ничто не имело большего значения, чем защита Ксавье от него. Поэтому я отбросил в сторону учащенное сердцебиение, глядя на девушку, которая занимала все мое внимание с момента ее появления здесь, и щелкнул пальцами, посылая в нее волну горячей энергии, которая сбила ее с ног.

Узел в моем нутре затянулся, когда она испуганно вскрикнула, но я проигнорировал это, найдя то место в своей душе, куда я отступал всякий раз, когда мой отец поднимал кулак, и заблокировал все, что я мог чувствовать, кроме необходимости сделать это.

Я шагнул вперед, когда она перевернулась, вскинув руку, защищаясь, с криком: «Убирайся!», и, прищурившись, посмотрела на меня в темноте, когда я навис над ней.

Огонь вспыхнул в моей ладони, когда я осмотрел ее, и разочарование охватило меня, когда я понял, что это вовсе не моя Вега. Это была сестра. Гвендалина. Та, что с голубыми кончиками волос. Я еще не так много общался с ней, поэтому не был уверен, как она отреагирует.