Вспышка фотоаппарата привлекла мое внимание, и я взглянул на пустые трибуны, чтобы успеть увидеть, как камера снова заработала, а фейри средних лет яростно снимал.

— Папарацци не разрешается появляться на территории академии! — крикнул Орион, проносясь мимо нас в своей испачканной грязью форме для питбола, когда нарушивший правила фейри пискнул в тревоге и удрал так быстро, как только мог.

Он скрылся из виду за мгновение до того, как Лэнс догнал его, но последовавший за этим крик сказал, что ему не удалось убежать.

— Только звезды знают, зачем им понадобилось фотографировать вас, четырех лугамуфинов, — сказала Джеральдина, привлекая мое внимание к себе, когда она согнулась пополам в талии и начала растягиваться, касаясь пальцами ног и демонстрируя нам свой зад. — Без сомнения, они надеялись мельком увидеть красоту истинных королев, а камера сработала случайно.

— Неа, Грас, — ответил Макс, его взгляд бессовестно скользил по ее заднице, пока он перебирал пальцами свой ирокез. — Они хотели получить снимок, на котором мы вчетвером выглядим как влажная мечта домохозяек. И, очевидно, у них это получилось.

— Ну и дела, — ответила Джеральдина, выпрямляясь. — Я могу признать, что Дракончик — дьявольский экземпляр, если отбросить всю его личность, но шавка нуждается в стрижке больше, чем я в том, чтобы мой газон поливали дважды в день, а кусачка может носить лишь отполированный до блеска ансамбль — грязь и навоз не под стать тебе.

— Эй, — огрызнулся Калеб. — Я выгляжу очень хорошо в таком виде.

— Я никогда не видела, чтобы суровый и собранный мужчина делал маникюр, ты, надутый помпон, — рассмеялась она. — И не заставляй меня начинать о торжественной саламандре.

Она пренебрежительно махнула рукой в неопределенном направлении Макса, а затем зашагала прочь со своим маленьким приятелем-роялистом, закончив разговор без всякого предупреждения.

— А что насчет меня? — спросил Макс, догоняя ее. — Ты не упомянула меня!

— Ты — рыба, надоедливая барракуда, соленый морской окунь, болтающаяся рыба-собака, надутая иглобрюх, мне продолжать?

— Это потому что я Сирена? — спросил Макс, шагая за ней, пока остальные шли позади. Он всегда позволял ей втягивать его в свои глупости, но для меня это казалось слишком большой работой.

— Люди говорят, что у меня красивые волосы, — пробормотал Сет, проводя пальцами по своим длинным темным локонам, пока он хмуро смотрел на спину Джеральдины.

— Они чертовски горячие, чувак, не обращай на нее внимания, — ответил Кэл, и Сет мгновенно оживился, придвинувшись ближе к нему.

— Ты так думаешь? Потому что я думаю, что сейчас ты выглядишь совершенно трахабельным, будучи покрытым грязью. На самом деле, я бы точно отсосал у тебя, если бы ты захотел снова напиться в Мерцающих Источниках, как в прошлый раз, когда мы…

— Кстати, о трахабельности, ты бы видел, как сексуально выглядела Тори Вега, прижатая ко мне, пока я кусал ее ранее на занятии Огненных Элементов, — прервал его Калеб, ухмыляясь мне. — Ты так не думаешь, Дариус?

— Девушка выглядит трахабельной каждый раз, когда я на нее смотрю, — сардонически ответил я, не желая поддаваться на его уловку.

— Да, черт возьми, так и есть, — согласился Сет. — Кто бы мог подумать, что близнецы Вега окажутся такими чертовски сексапильными? — он со стоном сжал кулак. — Как ты думаешь, каковы шансы на то, что мы убедим их присоединиться к нам в оргии Наследник/Принцесса до того, как нам придется вышвырнуть их отсюда к чертовой матери?

— Ну, учитывая, что в этой фантазии будет четыре члена и пара сестер, я скажу «нет, спасибо», — перебил я его. Кроме того, одной Вега мне было более чем достаточно, и я сосредоточил свое внимание на ней. Я не знал почему, ведь эти двое выглядели одинаково, но… они просто не были одинаковыми. Не для меня. Рокси Вега завладела моим вниманием и не собиралась отпускать его в ближайшее время.

— Бууу, — пожаловался Сет. — Ты такой чертовски ванильный, Дариус. Клянусь, если бы я не был уверен, что ты трахаешься, как черт, со всем гневом дьявола за спиной, я был бы уверен, что ты скучный лежебока. Спорим, ты даже никогда не сосал член?

— Чувак, ты единственный из нас, которому нравится член и киска в равной степени, это не делает его ванильным, — сказал Калеб, покачав головой, и я фыркнул от удовольствия.

— Не суди, пока не попробуешь, — мгновенно ответил Сет, подтолкнув Калеба. — Я бы был с тобой нежен… или груб? Когда ты фантазируешь об этом, каков я? Ты хочешь быть сверху или ты согласен, чтобы сверху был я, потому что я обещаю, что когда ты…

Калеб набросил кляп из листьев, чтобы закрыть рот Сета, и я рассмеялся, наблюдая, как он злобно смотрит на него из-за этого.

Как только мы дошли до двери в раздевалки, Орион окликнул меня, чтобы остановить, и я обернулся, взглянув на него, когда он пересек поле, чтобы встретить нас.