– Ты держишься за жизнь, которая больше тебе не подходит. За работу, которая наказывает тебя за твои отношения, за дружбу, которая могла бы расцвести в подземном царстве, за мать, которая научила тебя быть узницей.

Персефона ощетинилась.

– И если тебе нужны еще доказательства, что ты отрицаешь саму себя, просто посмотри, как проявляется твоя магия. Если ты не научишься любить себя, твои силы разорвут тебя на части.

Персефона сдвинула брови:

– О чем ты говоришь, Геката? Что я должна отказаться от своей жизни в верхнем мире?

Та покачала головой:

– Ты видишь только крайности. Ты либо богиня, либо смертная. Живешь либо в подземном царстве, либо в верхнем мире. Разве ты не хочешь иметь все это разом, Персефона?

– Да, – в отчаянии ответила Персефона. – Конечно, хочу, но все только и говорят мне, что я не могу!

Губы Гекаты медленно растянулись в улыбке:

– Создай жизнь, которую ты хочешь, Персефона, и прекрати слушать всех остальных.

Персефона заморгала, пытаясь усвоить слова Гекаты.

Создай жизнь, которую ты хочешь.

До этого момента она думала, что знает, какой жизнью хочет жить, но теперь вдруг осознала, что после знакомства с Аидом все изменилось. Несмотря на ее борьбу с самой собой, чтобы принять себя и понять свою силу, он что-то сдвинул внутри ее. С ним пришли новые желания, новые надежды, новые мечты, и их невозможно было достичь, не отпустив старые.

Она тяжело сглотнула, глаза ее увлажнились.

– Я столько всего натворила, Геката.

– Мы все это делаем, – ответила богиня, вставая. – И все будем. А теперь давай направим эту боль на то, чтобы прибрать весь тот беспорядок, что ты устроила в роще. Считай это тренировкой.

Персефона не стала возражать, обнаружив, что это почему-то ее мотивировало.

Они вышли из коттеджа Гекаты и направились к роще. Персефона поняла, когда они приблизились к тому же месту, потому что почувствовала запах гниющих фруктов – ужасную смесь сахара и разложения.

– Твоя задача – собрать все кусочки и превратить их в спелые гранаты, – сказала Геката.

– И как мне это сделать?

– Так же, как ты их разорвала – только теперь тебе нужно контролировать, сколько сил ты вкладываешь.

Персефона не была уверена, что ей это удастся, но вспомнила, как Аид учил ее сосредотачиваться на своей силе. От этого воспоминания у нее так заболело в груди, что она едва могла сделать вдох.

«Магия – это баланс. Немного контроля, немного страсти. Таков весь мир».

– Представь целый гранат насыщенного темно-красного цвета.

Голос Гекаты доносился как будто издалека – Персефона сосредоточилась на своей задаче.

«Закрой глаза», – услышала она шепот Аида у себя в ушах и подчинилась, затаив дыхание. Она могла поклясться, что чувствует, как его щетина царапает ей щеку.

Он продолжил шептать:

«Скажи мне, что ты чувствуешь».

«Тепло», – подумала она.

«Сосредоточься на нем».

Как и тогда, оно зародилось у нее в животе, и она накормила его, терзаемая мыслями об Аиде.

«Где теперь это тепло?»

– Повсюду, – прошептала она и представила, как все тепло стекается к ее ладоням, и энергия сияет так ярко, что она едва может на нее смотреть, словно она держит в руках само солнце или умирающую звезду.

«Открой глаза, Персефона», – и снова она ощутила его дыхание на своей коже.

Она открыла глаза и увидела между ладонями мерцающий образ граната. Она сделала глубокий осторожный вдох и опустила руки к земле. Кусочки гниющих фруктов поднялись с земли, собираясь в плоды. Вскоре вся роща наполнилась ароматом свежих спелых фруктов, и у ее ног лежали несколько целых красных гранатов.

Персефона взглянула на Гекату – та явно была приятно удивлена.

– Очень хорошо, моя милая, – похвалила она.

Персефона хотела было улыбнуться, но вдруг обнаружила, что успех в восстановлении гранатов омрачала невыносимая грусть. Весь мир будто опустился ей на плечи тяжким грузом, и тело было едва способно двигаться. Она заморгала, надеясь не дать своим слезам хлынуть потоком.

Она не знала, почувствовала ли Геката ее печаль, но богиня колдовства тут же ее отвлекла:

– Пойдем, я научу тебя делать яды, как обещала.

Они вернулись в коттедж, и Персефона уселась рядом с Гекатой, собравшей и связавшей несколько видов растений.

– Что это?

– Как обычно. Болиголов, волчеягодник, белладонна, бледные поганки, дурман, кураре.

Богиня объяснила, какие части каждого растения ядовиты и сколько нужно взять каждого, чтобы убить жертву. Ей так же, казалось, доставило особое удовольствие рассказывать, как именно убивает каждое растение.

– Что яд может сделать богу? – поинтересовалась Персефона.

На губах богини колдовства мелькнула улыбка:

– Думаешь отравить Аполлона?

Персефона почувствовала, как у нее краснеют щеки.

– Н-нет!

Геката тихо рассмеялась: