Зои поворачивает налево и идет вдоль воды минут десять, прежде чем ей преграждает дорогу невысокий забор с табличкой «Прохода нет». В голове тут же начинает звучать голос Леона, такой теплый и близкий…

«…Если перепрыгнуть через забор, можно найти в глубине деревьев старую лавочку».

Торопясь внутрь, Зои все равно вспоминает оглянуться, прежде чем перемахивать на запретную зону. Это должно быть где-то здесь: вот они, старые узловатые деревья, но не следует убегать вглубь – нельзя терять шум воды.

Лавочку она находит быстро и облегченно выдыхает: он здесь.

Леон в запачканных джинсах и уже не очень белой футболке лежит прямо на ней, вытянувшись во всю длину, и его глаза, лишенные очков, бессмысленно смотрят в небо. Зои даже напрягается.

– Ты жив? – аккуратно спрашивает она.

– Во-о-о-оу, – пытается скосить глаза он. – З-зои з-здесь. З-значит, я мертв.

Голос у него невозможно пьяный, и трудно поверить, что он еще может составлять грамматически верные предложения.

– Не говори глупостей. – Сложно скрывать радость: она нашла его. С первого раза. – Пойдем, отведу тебя домой.

– Н-н-н-н… – мычит он. – Н-нет.

– Боже, Леон, я не знаю, что такого случилось, но…

– Ангел, – вдруг глупо улыбается он, – я за тобой не пойду. У меня еще племя… ник. Ница. Кто-то из них.

– Что ты несешь-то, а.

Зои опускается на корточки рядом с ним, аккуратно касается руки, и Леон тут же поворачивает голову, пытаясь сощурить глаза.

– Мне нельзя умирать, – отчетливо произносит он.

– Я поэтому здесь, – поясняет Зои. – Чтобы отвести тебя домой.

Интересно, сюда он попал уже без очков? Или потерял где-то по-дороге? Хотя тогда как бы он вообще пробрался через все эти деревья и забор?

Тут и без учета зрения масса вопросов о том, как он сюда попал.

– Правда? – с надеждой вздыхает Леон. – Ты приехала за мной?

– Конечно, – улыбается она. – А за кем еще?

– Ладно, – податливо произносит он, – ид-дем.

Его попытка встать не очень успешна: Леон скорее скатывается с лавочки прямо в руки Зои, и он такой тяжелый, от него несет, как от бутылки водки, но… боже, внутри поднимается волна счастья.

Тащить домой напившегося до потери пульса мужчину… Видимо, вот так и выглядит счастье взрослой независимой женщины. Зои издает смешок в ответ собственным мыслям.

– Из-звини, – тут же реагирует Леон. – Я просто…

– Ты просто напился. Давай быстро выясним: твои очки здесь?

В ответ она получает кивок и пространное движение рукой. Зои усаживает Леона на землю, радуясь, что июль выдался особенно теплым, и светит себе фонариком мобильного, пытаясь найти в траве очки.

Они здесь, слева от лавочки, аккуратно сложены рядом с телефоном и бумажником. Леон остается педантом в этом состоянии, смешно… Ладно, с таким мужчиной можно даже встречаться.

– Обопрись на меня, – предлагает Зои. – Так будет меньше качать.

К ее удивлению, Леон больше не спорит. Действительно перекидывает руку через ее плечо, но Зои чувствует: старается стоять сам. Словно пристыженный своим состоянием, он медленно перебирает ногами, плотно ступая на землю, и они двигаются в сторону дома с черепашьей скоростью, но почти без промашек.

Зои не уверена, что эта ночь их к чему-либо приведет, но как же здорово снова чувствовать его объятие. Руки Леона покрываются мурашками, когда их тела случайно соприкасаются, и это круче любого признания.

– Как же я тебя через забор перетащу, – вздыхает своим мыслям Зои.

– Т-там обход, – пьяно машет Леон.

Господи, а она прыгала, как дурочка…

Даже обидно, что они оба такие идиоты. Зои боится не найти в себе храбрости и попроситься обратно, а еще больше – что он не примет. И эти их крошечные шаги вместе, которые вызывают столько эйфории, будут последним, что она для него сделает.

Нужно завтра поговорить с ним, лучше ближе к вечеру. Приехать, посмотреть ему в глаза, и если Леон скажет «нет»… Собраться на Западное побережье. Потому что жить в одном городе с мужчиной, которого любишь, но не можешь прикоснуться, будет слишком тяжело. Даже если это Нью-Йорк.

Завидев их, портье без слов подхватывает Леона с другой стороны, помогая зайти в лифт. Становится немного легче, и эту помощь, кажется, тот готов принять с большим доверием.

– Спасибо, – тихо произносит Зои, опирая Леона о стену лифта. – Дальше мы сами.

– Конечно, мисс Харпер.

Полдела сделано. Осталось помочь ему хоть немного прийти в себя, чтобы голова не закружилась, и уложить спать. После этого можно будет спокойно поехать домой, свернуться клубочком и прореветься от всех тех эмоций, что Зои пережила за вечер.

– З-зои, – зовет Леон с опущенной головой, пока лифт поднимается.

– Да, папочка?

– Ты з-здесь, – облегченно выдыхает он. – Б-боялся.

– Конечно здесь, у нас с тобой еще куча дел.