– Я дам тебе имя, – все-таки улыбается она. – Не нужно будет ехать ни в какой Шмелеебск. Дэвид Арчер достаточно громко звучит?

Руби замирает, осознавая, что сейчас услышала, и ее лицо постепенно меняется. На нем появляется охотничий азарт, и теперь главное – не дать ей пожадничать. Если Руби захочет и Леона, и Арчера, станет сложно контролировать ее поведение.

Конечно, Зои потеряет работу, и будет чудом, если ей удастся сохранить хоть какую-то репутацию в городе… Но прямо сейчас она не готова думать об этом всем, ведь главное – сохранить Леона. Этот человек нужен ей больше, чем Арчер, он ценнее и интереснее. И у него в любовницах нет ее врага.

– Ну так что?

– У тебя есть компромат на Арчера? – выпаливает Руби.

Наконец ее глаза снова горят.

– Есть, – подтверждает Зои. – И я готова отдать его тебе, но на моих условиях. Контроль наркотрафика всего Восточного побережья важнее для общественности, чем какое-то фантомное управление синдикатом. Понятнее.

– Ты не шутишь?

– А зачем мне это? Все вполне реально.

– Тебя уволят.

– Скорее всего.

– Неужели Леон Гамильтон действительно этого стоит? – щурится Руби. – Ты готова поставить на кон свое будущее ради него?

Хороший вопрос. Слишком хороший, чтобы отвечать честно, – Зои вдруг понимает, какую свинью подкладывает сама себе.

Нет. Не сомневаться. Это просто новый пиар-кейс: она не предает босса, а передает преступника в руки общественности. Боец социальной справедливости. Человек высоких моральных устоев. Не выгорит в бизнесе – всегда есть вариант уйти в общественники. С деньгами там похуже, зато можно поработать над популярностью и значимостью. И вот тут-то пожертвования придут сами собой.

– Мне просто не нравится, что Арчер спит с Дюбуа, – врет Зои. – И свою войну в компании я, считай, проиграла с самого начала. Итак, меняем фантомного Капоне на реального Эскобара?

– По рукам, – соглашается Руби. – Но мне нужно убедиться, что документы стоящие.

– И на бал можешь не ехать. Леона там не будет.

– Если по Арчеру действительно все так четко, как ты говоришь… в этот раз я оставлю его в покое.

– Нет, Руби. Ты оставишь его в покое навсегда. Следующим беги ловить Эвинга Третьего.

– Ладно, ладно, – закатывает глаза та. – Но с Эвингом уже не получится.

– Почему? – задумчиво хмурится Зои. – Ох, черт… Неужели он и есть твой информатор?

– Я тебе этого не говорила, – подмигивает Руби.

Не Нью-Йорк, а Чикаго тридцатых. В кого ни плюнь – преступник, вот только Зои за последние полгода подустала плеваться.

Глава 45

Леон

– Мы опаздываем, – напоминает Леон в очередной раз, стоя в дверях. – Кейт, если ты сейчас не выкатишь чемодан, мы опоздаем на рейс.

– Да он не закрывается, – слышится в ответ раздраженный голос. – Что я с ним сделаю?

– Можно войти?

– Ну если ты волшебник, то иди и помоги.

Вероятно, просто не стоило обносить магазин мерча, скупая абсолютно все, от солнечных очков до пачки худи. Леону пришлось нести эти огромные пакеты, и вот теперь, что логично, нужно заказывать чертов контейнер, чтобы перевезти это все домой.

Две его последние поездки прошли с девушками, которые ему дороги. И обе оказались невероятными шопоголиками, только одна вынесла половину книжного, а вторая – весь ассортимент с эмблемой «Феррари», который нашла.

Полностью одетая в красное сумасшедшая тифози Кэтрин Гибсон находится за колонной просторного двухкомнатного номера, слишком престижного для австрийской деревни. Впрочем, она выбила его по какой-то невероятной с учетом гоночного уикенда цене, и Леон даже попросил ее обучить их офис-менеджера своему навыку. Они могут здорово сэкономить на командировках.

– Это бесполезно, – вздыхает Кэтрин, когда даже под давлением их обоих края чемодана не начинают сходиться. – Придется достать то большое худи и надеть на себя.

– Сейчас июнь, – напоминает Леон. – Давай я положу его себе в сумку.

– А ты не забудешь мне его отдать?

– Кейт, не беси, – просит он. – Мы с тобой каждый день видимся, а еще ты знаешь, где я живу. Приедешь и заберешь.

Вчера Кэтрин умудрилась, сорвавшись с места, за пару секунд добежать до проходившего мимо Шарля Леклера, обнять его и подписать кепку. Теперь трофей красуется у нее на голове, а в памяти Леона навсегда останется растерянное лицо гонщика, которого маленькая беременная азиатка агрессивно придерживает за рукав, чтобы он подписал еще и футболку.

– Сам не беси, – огрызается она, но чемодан наконец закрывается. – Сейчас я рожу, и когда теперь попаду на гонки?

– Да хоть в следующем году, – вздыхает Леон. – Оставишь ребенка Гэри и Пайпер, пусть тренируются. А мы скатаем в Майами. Все, идем. Машина уже ждет.

Пока они спускаются, Кэтрин, которая до сих пор не остыла от гоночного адреналина, продолжает говорить: