Сам Майлз не двигается, даже когда я отбрасываю его трусы на край кровати и перекидываю ногу через его бедро, оказываясь сверху и нависая над его возбужденным членом. Касаясь своей киски, я выгибаюсь и на секунду теряю зрительный контакт с Майлзом, но, не выдержав и пары мгновений, он хватает меня за лицо. Майлз приподнимается, и наши тела соприкасаются, а губы оказываются всего в нескольких миллиметрах друг от друга.

Раньше я никогда не целовалась с ним по-настоящему. Даже после расставания с Ноксом. Ни в те моменты, когда он утверждал, что мы созданы друг для друга, ни во время нашего непрерывного флирта на протяжении целого года, ни на танцах, ни на домашних вечеринках, ни в барах, ни в ночных клубах, куда Майлз приходил за мной в последнее время, ни после хоккейных матчей.

– Бери все, что тебе нужно, – повторяет Майлз, и я уверена, что слышу, как замирает его дыхание.

Я наклоняюсь и целую его.

Вот так просто.

Наверное, так и должно быть. На мгновение наши губы соприкасаются, и мы замираем, не в силах пошевелиться. А затем я начинаю понимать, что он – это все, что мне нужно.

То, что происходит между нами, нельзя назвать любовью. Это смесь страдания, исцеления и всего, что с ними связано.

Майлз сжимает мои волосы в кулаке, на затем наклоняет мою голову и завладевает моими губами так же, как и моей душой. Он полностью доминирует в этом безумстве.

Я растворяюсь в его объятиях, позволяя себе полностью расслабиться и прильнуть к нему ближе, а он тянет меня за волосы, вызывая волну удовольствия, которая прокатывается по всему моему телу, словно маленькие молнии. Майлз нежно скользит языком по моим губам, раздвигая их и проникая в рот, а я стону, обнимая его за плечи и проводя руками по его шее и челюсти. Я зарываюсь пальцами в его волосы, сжимая их так же крепко, как он сжимает мои, и слегка покачиваю бедрами, чувствуя, как его член трется о мою киску. Это ощущение – восхитительно, но мне нужно больше. Я жажду почувствовать его внутри себя.

С каждым движением моих бедер пирсинг на его головке касается моего клитора, и, пока язык Майлза исследует мой рот, я наслаждаюсь ощущением маленькой металлической штанги на его члене. Я до дрожи в мышцах двигаю бедрами, и меня накрывает волна оргазма.

– О, моя дикарка, – шепчет Майлз мне на ухо, и я ощущаю, как слабеют мои ноги.

Он нежно целует и посасывает кожу на моей шее, и я понимаю, насколько беззащитна перед ним. Его зубы царапают мою плоть, и я осознаю, что жажду большего. Майлз словно читает мои мысли, потому что отпускает мои волосы и, заведя руку мне под бедро, направляет свой член туда, где я мечтаю его ощутить.

Я слегка приподнимаюсь, опираясь на его плечи, и медленно опускаюсь вниз, чувствуя, как наши тела сливаются в одно целое. Это движение – словно искра, вспыхивающая в воздухе и превращающаяся в фейерверк.

Когда наши бедра наконец встречаются, он заводит мои руки мне за спину и заставляет опуститься до упора.

Сейчас наша близость ощущается иначе, чем прежде. Она стала глубже и насыщеннее.

Поскольку его рука все еще находится между моих ног, он нежно проводит пальцами от того места, где наши тела соединяются, к моему клитору.

– Ты уже намокла для меня, боже, ты идеальна.

Он подается вперед бедрами и, замечая, как приоткрываются мои губы, снова целует меня. Этот поцелуй длится лишь мгновение, а затем Майлз, глядя мне в глаза, приказывает:

– Оседлай меня.

И я делаю это. Кладу руки ему на плечи и начинаю двигаться вверх-вниз, наслаждаясь ощущениями. То, как его член растягивает мои мышцы, а пирсинг касается самых чувствительных мест, вызывает у меня бурю удовольствия. Его пальцы нежно скользят по моему клитору, и, заставляя меня наклониться назад, Майлз целует в ключицы, доводя до пика наслаждения.

– Майлз.

– Когда ты сжимаешь меня во сне своей киской, я чувствую, как будто схожу с ума, – бормочет он, нежно прикусывая мою грудь чуть выше соска.

Я вскрикиваю и пытаюсь отстраниться, но он лишь крепче прижимает меня к себе. Сначала Майлз ласкает языком место укуса, а затем добирается до моего соска. Когда он втягивает его в рот, перед моими глазами словно взрываются фейерверки, и я снова вскрикиваю. Но на этот раз от удовольствия.

Отпустив мой сосок, Майлз обхватывает обеими руками мои бедра и, взяв контроль на себя, ускоряет темп, подталкивая меня вверх и вниз.

– Прикоснись к себе, Уиллоу, – приказывает он, когда наши взгляды встречаются.

Мои пальцы словно оживают, и, замечая, что Майлз не сводит с меня глаз, я, будто находясь в трансе, провожу ладонью по животу и в конце концов сжимаю чувствительный бутон. Моя грудь вздымается с каждым вздохом, и я хочу закрыть глаза, потому что удовольствие слишком велико. После недели постоянного напряжения я наконец могу позволить себе расслабиться и отпустить контроль.

– Черт, – шепчет Майлз, переворачивая нас, и внезапно я оказываюсь на спине.