Перед глазами мелькают краткие мгновения ясности последних нескольких месяцев. Например, момент, когда Уэст встал на мою защиту в ситуации с Майком. Или когда допрашивал насчет тех синяков. А еще я вспоминаю ночь в больнице, которую он провел со мной.

И сегодняшние прикосновения.

— Как бы безумно это ни звучало… Думаю, да. Я чокнулась?

Она смеется.

— Ты самый разумный человек, которого я знаю, Блу. Так что, нет, это даже не вариант.

— Тогда что все это значит? — вопрошаю я, не стыдясь того, насколько неуверенно себя чувствую.

Джулс никогда меня не осуждает.

— Что ж, — задумчиво произносит она, — я думаю, что, несмотря на начало ваших взаимоотношений, теперь вы оба испытываете друг к другу что-то очень сильное. И самое главное, я не думаю, что ты чокнулась. Ты ведь ничего из этого не выдумала.

Она понятия не имеет, какое это большое облегчение — слышать от нее подобные слова. Ведь, честно говоря, я уже измучила себя вопросами. Вдруг я неправильно истолковываю его знаки, вдруг вижу то, что хочу видеть?

— Мой единственный совет — действуй осторожно, — мягко предупреждает Джулс. — Мне вообще кажется, что всех парней стоит держать на расстоянии, пока они не докажут, что нормальные. Не только Уэста. Так что, пусть я и за то, чтобы открывать сердце для всего нового, все же не стоит забывать и об осторожности. Быть начеку, понимаешь?

Напряжение уходит. Хорошо, что я ей открылась.

— Спасибо, Джулс. Ты всегда знаешь, что сказать.

— Без проблем, малышка, — поддразнивает она. — Вспомнишь мою доброту, когда я позвоню тебе и начну ныть про какого-нибудь парня.

Я смеюсь. Мы обе знаем, что она никогда не воспримет парня настолько серьезно, чтобы позволить ему обидеть ее.

— Звони в любое время, — обещаю я.

Джулс затихает, и это вызывает у меня подозрения.

— Ты снова смотришь на фото, да? — журю я ее.

Подруга немного заикается, но не утруждает себя ложью. Вместо этого она просто кладет трубку, а мне остается только покачать головой.

Джулс сумасшедшая, но также она моя лучшая подруга. Эта девчонка всегда знает, как заставить меня чувствовать себя лучше. Ее совет вполне здравый — быть настороже, всегда.

И я могу это сделать.

Я задумываюсь о региональных, которые состоятся через пару недель. Мой ближайший план — держать Уэста на расстоянии вытянутой руки. У меня все еще проблемы с доверием, весьма глубоко укоренившиеся. Не думаю, что мы готовы к последствиям, которые непременно последуют за сексом. Однако, если сопротивляться ему будет труднее, чем я ожидаю, обязуюсь не слишком уж корить себя в случае капитуляции.

Что касается будущего… Кто знает, где мы с Уэстом окажемся в итоге, но куда бы мы ни направлялись, мы доберемся туда в моем темпе.

Который на данный момент настроен на сверхмедленный.

Ну, в основном.

Типа того.

Ладно, просто скажем, что я в процессе осознания.

Уэст

— Вы с Паркер снова вместе?

Поднимаю взгляд на Дэйна. Сначала я в замешательстве, пока он не указывает на полоску презервативов, которую я секунду назад положил в спортивную сумку.

Улыбаюсь и застегиваю молнию.

— Нет.

Он бросает на меня любопытный взгляд.

— А с кем тогда?

Я пожимаю плечами, притворяясь, будто не имею в виду никого конкретного, но кое-кто определенно у меня на уме. Братьям просто не нужно о ней знать. По крайней мере, не сейчас. В конце концов я расскажу.

Этот уикенд был в моих мыслях последние две недели. И вовсе не потому, что наша команда выбилась на региональные, победив в финале на прошлой неделе. Все дело в идеальных сиськах третьего размера и заднице, в которую я жажду вонзить зубы.

Мы покончили с занятиями по плаванию, и у меня не было поводов находиться с ней рядом. Прикасаться к ней. Сам факт, что мне это нужно, отвратителен. Хотя за последние пару месяцев я дал ей множество причин держаться от меня подальше. И вот теперь она меня избегает.

Она присутствует на каждой игре, фотографирует для газеты, но взаимодействия между нами почти не происходит. Не считая единственного общего занятия, во время которого мы едва ли можем отвести друг от друга глаза, и тех моментов, когда мы встречаемся в коридоре или во время ланча. Я всегда чувствую ее присутствие.

Всегда.

Чтобы понять, насколько я спятил, нужно знать вот что: я велел девчонкам прекратить ее донимать. Большинству из них было насрать, но только не Паркер. Для нее все, что касается Саутсайд, идет с пометкой «личное». Вероятно, она посчитала вопиющим тот факт, что ее единственная цель для издевательств теперь вне досягаемости. Это заявление стало для Паркер свидетельством моей растущей благосклонности к девушке, которую я когда-то поклялся уничтожить.

Я ни в коем случае не размяк, но мое упрямство не настолько велико, чтобы не пересмотреть эту ситуацию. Начну с решения, которое я принял около двух ночей назад, когда не мог заснуть, поскольку постоянно думал о…