– О, Золотая пташка, я бы последовал за тобой на край света и даже за этот край, если бы ты только поманила пальчиком.

Желудок делает кульбит.

– О.

– И в самом деле.

Он продолжает спускаться по пещере и резко сворачивает налево.

– Почти пришли.

Затем я вижу что-то, похожее на тупик, но на самом деле это уголок, огороженный короткой каменной стеной. Как только Слейд обходит его, я чувствую… запах.

Наморщив нос, говорю:

– Ты только что…

– Что я только что?

Великие боги. Как сильно пахнет. С трудом борюсь с желанием заткнуть нос.

Я прочищаю горло.

– Просто не могу не отметить, как сильно пахнет. Очень неожиданно.

Слейд в изумлении смеется.

– Уверяю тебя, этот запах исходит не от меня. Но меня несколько беспокоят твои мысли о том, что я мог исторгнуть что-то настолько… едкое.

– Поверь мне, я тоже разволновалась. – Воздух весь пропитан этим запахом, а потом я понимаю, что здесь слишком влажно, а еще слышно бульканье, которое становится все громче и громче.

– Вот и источник запаха, – говорит Слейд, снова завернув за угол, где небольшая пещера переходит в комнату, наполненную паром. Влага тут липнет к моей коже и одежде, а взгляд смешается к бассейну с водой. – Я построил Грот в этой пещере, потому что она довольно большая и вмещает в себя дом, тренировочную площадку, а личный горячий источник является дополнительным преимуществом.

– Он только один?

– Здесь да. Но есть и другие. У жителей деревни, которые живут здесь, за павильоном, внутри горы есть пара источников. Один побольше, а еще пара поменьше, и они раздельные, чтобы можно было уединиться.

– Потрясающе, – говорю я, потому что бассейн с водой, наверное, такой же длины, что кровать Слейда, в этом уголке довольно уютно и комфортно. Я так привыкла к холодному воздуху, что почти таю от этого теплого пара.

Как только Слейд опускает меня на землю, я оглядываюсь, любуясь мягким светом.

– Здесь так красиво. – По немного выпуклым стенам и потолку ползут светящиеся прожилки, отражаясь в воде, и туман тоже светится синим.

Я подхожу ближе, камень под ногами скользкий от скопившейся влаги. Горячий источник находится в самом центре, а вокруг него возвышается камень, образующий полку. Вода находится в постоянном движении из-за пузырьков в центре. Встав на колени, я погружаю в воду палец и почти начинаю урчать от жара.

Услышав сзади шум, я оборачиваюсь и вижу, как Слейд снимает пальто и кладет его на выступающий из земли камень.

Увидев, как он срывает с себя рубашку, таращусь на Слейда. Смотря на его тело, я всегда чувствую прилив тепла. Эти идеально очерченные мускулы, корни, переплетающиеся под бледной кожей и изгибающиеся вокруг грудных мышц, ползущие вверх по ключице и спускающиеся по плечам. Он неимоверно прекрасный фейри.

– Я решил, ты заслужила награду за усердную тренировку, – говорит Слейд, и я с трудом поднимаю взгляд на его лицо, увидев, как он ухмыляется.

Я моргаю, переводя взор на горячий источник, волнение бурлит так же сильно, как и теплая вода.

– Мы залезем в него?

В темной комнате мелькает его улыбка.

– Я же не дразнить тебя сюда привел. Знаю, что у тебя уже сняли повязку, но Ходжат сказал, что ты еще не готова к купанию. Однако я подумал, что мы могли бы помочить ноги.

– Великие боги, да! – Я могла бы разрыдаться от радости. Это то, что моим ногам как раз нужно сейчас. – Но… зачем ты снял рубашку, если мы окунем только ноги?

– Не волнуйся, ты не будешь погружаться в воду – во всяком случае, пока у тебя не заживет спина. Но даже так нужно раздеться, иначе возле горячего источника одежда намокнет – пар очень густой.

Я перевожу взгляд на бурлящую воду: Слейд прав, я и сама вижу, какой поднимается густой пар, но это не уменьшает моей тревоги.

– Обещаю, пар будет приятным.

Сердце гулко бьется о ребра.

– Мне больно, – выпаливаю я.

Слейд вновь улыбается.

– Я буду вести себя идеально, – уверяет он меня. – Просто хочу поухаживать за тобой, помочь расслабиться. И только. Голой я тебя уже видел. И нет ни одного дюйма на твоем теле, к которому бы я не прикасался.

Между ног бурлит тепло, которое никак не связано с горячими источниками. Но его заглушают другие переживания.

Вокруг моей спины уже не повязаны бинты. Если я сниму рубашку, он все увидит. Увидит уродливые, оставшиеся синяки. Сморщенные, истертые обрубки. Увидит, в каком ужасном состоянии моя спина.

И я до сих пор не могу это пережить.

Не замечаю, как Слейд передвигается за моей спиной, но вздрагиваю от его мягкого голоса:

– Позволь мне.

Его пальцы скользят по моей шее там, где находится первая пуговица, и я чувствую жар его дыхания, опаляющего мою кожу сильнее пара.

Я замираю, сжав воротник спереди, а эмоции перемешиваются и путаются, как кусочки головоломки.