– О, понимаешь, Блаш – моя первая любовь.

Я удивленно смотрю на него.

– Я не знала, что это твоя лошадь.

– Да, – говорит он, когда она обнюхивает его руку. – Мы с этой старушкой давно знакомы.

– Я не хотела забирать у тебя лошадь.

– Не волнуйся, у меня есть еще одна. Блаш не в восторге от сомнительных прогулок верхом, которые я иногда совершаю. А еще она любит внимание, так что, думаю, ей нравится быть твоей лошадью. Это полезно для ее самолюбия.

Я улыбаюсь.

– Что ж, буду хорошо о ней заботиться и хвастать ею как можно чаще.

– Отлично, – говорит он и слегка поджимает губы, но мне кажется, что он меня оценивает, пытается заглянуть мне в душу бирюзовыми глазами. – Кстати, я Лудо. Не было возможности представиться лично.

– Не принимай это на свой счет. Лудо не очень дружелюбный, – заявляет Эмони.

– Эм, – предупреждаю я.

– Что? Это правда. – Она смотрит на него зачарованными розовыми глазами. – Разве я не права?

Мужчина пожимает плечами.

– Я заметила, что обычно ты разведываешь обстановку или выполняешь еще какие-то поручения, – говорю я.

– Я всегда занят, – кивает он.

Он смотрит за мою спину, и, обернувшись, я вижу, что к нам подходит Вик. Его длинные волосы свисают с левой стороны, а правая сторона выбрита полностью. Он останавливается передо мной, хмуря черные брови.

– Можем поговорить?

Я киваю. Он уводит меня за угол амбара подальше от всех. Мы идем вдоль стены, усеянной гвоздями и щепками. Когда доходим почти до середины, Вик останавливается и поворачивается ко мне, и я смотрю в его напряженное лицо.

– Я хотел поговорить о наших следующих действиях.

Я замираю.

– Хорошо.

Он был верен своему слову: всегда обсуждал со мной, чего ждать в каждом убежище. Но сейчас его тон и неуверенное выражение лица вынуждают меня волноваться.

Я опускаю руку на талию, поддев большим пальцем ленту.

– К нам должен примкнуть еще один отряд Вульмина, но это не займет много времени. Им нужно просто взглянуть на тебя, и они без единого слова будут готовы приступить к новой миссии.

– Но это ведь хорошо?

– Да. Для Вульмина. Но боюсь, тебе придется трудно.

– Почему? – хмурюсь я.

Вик замолкает, слегка сутулясь, и на его лице появляется что-то похожее на… беспокойство.

Я крепко сжимаю ленты, словно они могут меня подбодрить. И рада, что держусь за них, потому что его ответ меня потрясает.

– Потому что следом мы отправимся в Бриол.

От сильного удивления я отступаю назад.

Бриол.

Земля уходит из-под ног от одного этого слова. Бриол – дом моего детства.

Мы и в самом деле едем ко мне домой.

Не знаю, рада ли я… или преисполнена страха.

Возвращение туда, где я жила с родителями, вызывает столько разных эмоций, что я не знаю, как устоять на земле, потому что она словно сотрясается под ногами, а черепушка раскалывается от боли.

Я поднимаю руку, опираясь на полуразвалившуюся стену. Золото течет по моим пальцам и медленно пропитывает дерево.

– Я хотел тебя подготовить, – тихо говорит Вик, и я поднимаю взгляд на него, хотя перед глазами все расплывается.

– Спасибо, – еле слышно благодарю я.

Вик мнется, ковыряя носком ботинка какой-то уже давно заржавевший фермерский инструмент, покрытый грязью.

– Если не хочешь ехать…

Я резко поднимаю голову.

– Я хочу, – уверенно говорю я. – Просто я…

Просто мне нужно снова найти опору и успокоиться.

– Я не думала, что однажды вернусь туда.

Вик кивает, словно понимая меня, но все еще внимательно смотрит.

– Хорошо. Тогда нам пора выезжать. К сумеркам будем там.

К сумеркам.

Так скоро. Всего несколько часов.

Почти всю мою жизнь Бриол был далеким, недосягаемым местом, а теперь я прибуду туда к сумеркам.

– Если передумаешь…

– Не передумаю, – заверяю я.

После того, как он уходит, я решаю задержаться тут, чтобы немного побыть одной. Я опускаю руку, оставив на деревянных досках золотую полоску. Знаю, мои родители умерли, знаю, но, услышав, что я направляюсь в Бриол, чувствую, будто возвращаюсь к ним.

Подышав пару минут, чтобы успокоиться и все обдумать, я поворачиваюсь и иду к отряду. Завернув за угол, вижу, что все вульмины уже седлали лошадей.

Я чувствую на себе взгляды всех, когда подхожу к Блаш и залезаю в седло. Смотрю вперед, крепко сжимая поводья, и пытаюсь казаться сильной и уверенной. Вик и Лудогар едут впереди, я – за ними, а рядом со мной Эмони.

Когда мы отправляемся в путь, я пытаюсь сосредоточиться на живописном пейзаже, чтобы успокоить свое неистово бьющееся сердце. Над равнинами клубится туман, будто пар над чашкой, а между бескрайними зарослями травы тянется пыльная дорожка, по которой мы и идем и где не видно ни одного здания.

Эмони молчит, но я не выношу тишины.