– Только если они сами пожелают попасть в коллекцию.
– Значит, похищения – это не к нему? – Я взяла протянутые Мирой ножны и кинжал с навершием из сплава и пристегнула на бедро, повернув в сторону от высокого разреза. Оставалось надеяться, одного клинка хватит, чтобы пережить ужин. Если виконт не похищает людей, почему Ксейден так боялся меня сюда привозить?
Кто-то постучал в дверь.
– Нет. – Зара покачала головой и направилась открывать. – Он не станет вас ограничивать, но сделает такое предложение, чтобы вы сами согласились вступить в его коллекцию. Певцы, ткачи, сказители – все они в конце концов остаются, – сказала она, открывая дверь.
Текарус не мог бы предложить мне ничего, но Ксейден, похоже, думал иначе.
– Выбрала черное? – воззрилась на меня из дверей Кэт.
– Я всадница.
– Ну разумеется. – Она склонила голову набок. – Просто я бы выбрала что-нибудь яркое. Ксейден всегда жалуется, какое в Басгиате все… монотонное. Еще есть время переодеться, если желаешь.
И ее улыбка представляла собой концентрированную любезность.
– Ксейден ни на что не жалуется. – У меня в животе вспыхнуло безобразное, зловещее пламя, и потребовалась вся выдержка до капли, чтобы не метнуть кинжал в ехидное лицо Кэт. Или хотя бы рядом с ней. – А ты можешь вести разговор на другие темы, кроме него?
– Конечно. Если тебе будет спокойней, мы можем обсудить, как твоя мать распространяла ложь, стоившую поромиэльцам тысячи жизней, причем некоторые забрала твоя сестра лично.
У меня поднялись брови. Она сейчас правда…
Мира поймала мой взгляд, подтверждая, что да, правда.
– Я хотела напомнить, что, наверное, прирезать хозяйку будет против этикета, но знаешь… – Сестра пожала плечами. – Да на хрен. Не так уж нам и нужен этот светоч.
Кэт моргнула, внимательно глядя на Миру.
– Хватит портить настроение, Кэт. – В комнату вошла Сирена, одетая в темно-синий парадный мундир, асимметричный спереди и расшитый золотыми перьями. – Необычно видеть тебя без дракона, Сорренгейл. Риорсон где-то прячется или и правда выпустил тебя прогуляться саму по себе?
– Рада тебя видеть, Сирена. – От ее лукаво-добродушного тона у меня на лице нарисовалась улыбка, а огонь внутри притух. – Он может перегнуть с желанием уберечь, верно?
– Ему бы не пришлось, если бы ты могла потягаться с ним силами, – возразила Кэт.
Блядь! Огонь полыхнул ярче прежнего – жаркий, тошнотворный и раздражающе сильный.
Сирена смерила Кэт таким взглядом, что я ее почти пожалела. Почти.
– Сирена, это моя сестра, Мира, – сменила я тему.
Летунья поджала губы, изучая Миру.
– Репутация тебя опережает. У меня были друзья в Страйтморе.
Вот дерьмо. Из огня да в полымя.
– Я не раскаиваюсь в своих победах. – Мира открыто сунула еще один кинжал в ножны на талии. – И если ты Сирена Корделла, тогда и твоя репутация гремит за границей.
– Ужин среди сотен летунов, которые мечтают о твоей гибели, а ты выбираешь платье? – Сирена выгнула бровь. – Где же та проницательность, о которой я так наслышана?
– Я могу убивать и в доспехах, и в платье. Хочешь посмотреть?
Только глупец назвал бы выражение на лице Миры улыбкой.
Сирена рассмеялась так, что ее плечи заходили ходуном.
– Ах, теперь вижу, почему малышка Сорренгейл так сурова – ей пришлось расти с тобой. Идемте. Мужчины уже ждут.
Как только летуньи отвернулись, я бросила на Миру уничтожающий взгляд, но она только беззастенчиво пожала плечами.
Мы вышли в коридор, и, когда я увидела Кэт на свету, меня пронзило глубокое сожаление из-за выбора платья. Ее волосы были уложены в сложную прическу, а носила она дерзкий красный шелк, обнажавший плечи и гармонирующий с губной помадой.
Внезапно я почувствовала себя какой-то блеклой.
Из-за этих сомнений я потеряла твердость шага. Может, и правда стоило выбрать другой цвет? Может, она говорила правду и Ксейдену черный поперек горла. Может, она знает его лучше меня.
– Ты в порядке? – спросила Мира, пока летуньи вели нас по коридору – вместе мы выглядели самой невероятной четверкой, когда-либо ступавшей по Континенту.
– Да. – Я размяла плечи, пытаясь стряхнуть это чувство. Какого вэйнителя со мной происходит? В плане внешности я никогда не судила о себе по другим женщинам. В плане боя? Да. Полета? Определенно. Но я никогда не падала так низко… до мыслей о внешности.
В Басгиате красота не спасет.
– Я слышала, у тебя есть старший брат, – сказала Мира Сирене на первой лестнице.
Спускаясь, я держалась за мраморные перила мертвой хваткой. Не хватало еще споткнуться и упасть на глазах у Кэт.
– Наверное, ты о Дрейке, но нет, – сказала через плечо Сирена. – Одна фамилия, но он наш кузен, и, если поразмыслить, кстати, ты как раз его тип. Он любит женщин, которые могут его убить.
– Как жаль, что меня не интересуют летуны на грифонах, – ответила Мира, когда мы повернули к следующему пролету.