– Вайолет. – Я остановилась на пороге и повернулась к Ксейдену, ухватившись за дверную ручку и подняв брови, в то время как мимо меня внутрь бочком протиснулась Мира. – Я по соседству, – заверил он, потом бросил взгляд мне через плечо. – Если что, можешь кричать.

– Рада знать. – Я выдавила улыбку, и он прищурился.

– Ты же не думаешь, что я могу ей угрожать?

Я закатила глаза из-за удивления в голосе Кэт.

– Вайолет может… – начал Ксейден.

– Вайолет может постоять за себя, – перебила я, и Ксейден вздрогнул.

– Я бы не хотел, чтобы тебе пришлось. Не здесь. – Он опустил голову и свел беседу до нас двоих, но вовсе не пытался погасить гнев: «Может, Текарус и захочет тебя оставить, но все остальные в этом дворце с радостью перережут тебе – и Мире – глотку в отместку твоей матери. Бреннана здесь спасает только псевдоним. Ты не представляешь, в какой ты здесь опасности, на что я старался пойти, чтобы уберечь тебя…»

– Хватит меня беречь! – Я тут же пожалела, что повысила голос рядом с Кэт, и постаралась унять раздражение глубоким вдохом. – В прошлом году ты бы об этом даже не думал. Ты никогда меня не ограничивал, никогда не держал под замком ради защиты. Ты сам советовал найти другой путь на Полосе, глядя, как я отбиваюсь от кадетов на Молотьбе…

«Тогда я не был в тебя влюблен. – Его рука легла на мой затылок, а большой палец скользнул по вене у меня на шее. – Во время Полосы, Молотьбы… я понятия не имел, кем ты для меня станешь».

И не мог меня убить из-за сделки с мамой – сделки, которую мне так и не раскрыл.

«Тогда я еще точно не сидел три дня рядом с тобой в постели, думая, будет ли вообще моя жизнь что-то значить без тебя».

Золотые пылинки в его глазах поймали свет, и я не могла не моргнуть при виде того, что там увидела.

«Тебе… страшно?» Я схватилась за косяк двери, чтобы удержаться и не потянуться к любимому.

«Потерять тебя? Я просто в ужасе. И когда Сгаэль сказала, что Тэйрн летит в этом направлении, я чуть с ума на хрен не сошел».

Проклятье. Что тут на это скажешь?

«Мой план поставить чары провалился, а тебе нужен светоч. Я не собираюсь сидеть в Аретии только потому, что ты за меня переживаешь. Иначе я не буду той, в кого ты влюбился».

«Твоя первая попытка перевода провалилась – и ты решила проникнуть с братом и сестрой на вражескую территорию? – Его гнев, когда он вскинул голову, был чуть не физически ощутим, не слабее моего. – И не заблуждайся, здесь вражеская территория».

«Мы оба знаем, что нам нужен светоч, и мне бы не пришлось сбегать, если бы ты рассуждал разумно. Мы могли бы с этим покончить уже много месяцев назад».

Я отступила на шаг в комнату, оставляя его в коридоре. Много месяцев назад мы могли предотвратить нападения на форпосты и столько смертей.

– Разумно? – Голос Ксейдена был полон ледяного спокойствия. – Неразумно было искать другие варианты перед тем, как подать тебя на блюдечке Текарусу? Давай определимся сразу. Как только я найду любой способ уберечь тебя, тут же им воспользуюсь.

Да пошел он.

– Ты хоть знаешь, на кого сейчас похож?

– Прошу, просвети. – Он сложил руки на груди.

– На Даина. – И я захлопнула дверь у него перед носом.

– Спасибо, – сказала я Заре, назначенной нам служанке, приглаживая платье на талии и поражаясь, сколько она нашла нарядов под мой размер и в такой короткий срок. Даже легковесные черные туфли подходили идеально. – Ты уверена, что все так одеваются на ужин?

– У виконта? Каждый вечер.

Как… непрактично красиво.

– Готово. – Зара поманила меня, и я выступила из-за ширмы.

Мира выбрала черное бархатное платье с квадратным вырезом и прозрачными газовыми перчатками, но я знала, что повелась она на глубокие карманы. Как тут удержаться от ухмылки при виде того, как она прятала в складках два кинжала.

– Кажется, я уже годами не видела тебя без формы.

– Ну, оно черное, так что похоже. – Она улыбнулась, и я подошла к зеркалу. – Выглядишь роскошно.

– Ослепительное платье. – Я никогда не носила ничего подобного, и наряд прекрасно отвечал моему настроению. Лиф с глубоким декольте был словно переплетением черных листьев, не больше ладони, превращающихся над грудью в лозы, которые забрасывали крохотные листочки на плечи, оставляя открытой бо́льшую часть спины – и открывая драконьи метки.

– Что это? – спросила я Зару, ощупывая прозрачную черную ткань, ниспадающую с талии на пол множеством оборок. Не будь под ней второй юбки, платье было бы видно насквозь.

– Это шелк с Деверелли, – сказала Зара. – Такой тонкий, что почти прозрачный.

– С острова? – Он был мягче любых тканей, которые я встречала. – Вы с ними еще торгуете? – Наварра не торговала с островами уже много веков.

Зара кивнула:

– До недавних лет, но купцы считают, что теперь ходить сюда слишком опасно. Так или иначе, виконт предпочитает собирать самые изысканные вещи.

– Значит, это правда, что у вашего виконта есть коллекция редкостей? – спросила Мира, вставая рядом.

– Да.

– А что насчет людей? – вкрадчиво спросила я.

У служанки вспыхнули глаза.