— До края света, — отвечает она.

Я сцепляю руки за спиной и киваю, жжение всё ещё режет глаза. Теперь мне хочется иметь тёмные очки, чтобы скрыть водяной блеск.

Прочищаю горло, втягиваю воздух. Я не буду плакать здесь, на улице, под утренним солнцем.

— Я как раз собирался начать рабочий день, но могу немного задержаться, если ты хочешь выпить кофе?

— Хочу, — кивает Сми.

Вокруг залов и Высшей Палаты есть несколько кафе, но я веду Сми в своё любимое, неприметное местечко, потому что там обычно тише, а в последние дни моё присутствие в более оживлённых кафе стали замечать.

— Доброе утро, капитан Крюк! — окликает хозяин кафе, когда мы входим, и колокольчик над дверью звенит.

— Доброе утро, Телларо. Сегодня я привёл подругу, чтобы похвастаться твоими вкуснейшими круассанами и кофе.

Телларо один из крылатых фейри, из Неверленда. Он перебрался сюда после того, как последнего короля фейри убили, сначала работал в Амбридже, а затем поднялся выше по городу и открыл собственное кафе. Мне нравится его место: кофе у него без выкрутасов, а выпечка сделана идеально.

Пока он двигается за стойкой, его ярко-красные крылья блестят под светом, резко контрастируя с его смуглой кожей и длинными чёрными волосами.

Телларо отдаёт кружку последнему клиенту, затем поворачивается к нам со Сми.

— Добро пожаловать, подруга капитана Крюка. Надеюсь, то, что мы предлагаем, придётся тебе по вкусу.

— Сми, — говорит она и кивает ему. — Джез обычно знает, где самый лучший кофе, так что уверена, будет вкусно.

Телларо улыбается, вытирая руку полотенцем.

— Любишь шоколад? Я только что достал партию шоколадных круассанов. Но есть и обычные, любимые у капитана. Или с изюмом, если ты безумна как Мэдд Хэттер.

— Шоколадные отлично, — говорит Сми. — И чёрный кофе.

— Мне как обычно, — говорю я фейри.

— Сейчас будет.

Мы со Сми занимаем один из круглых столиков у переднего окна. Мне не нравятся толпы внутри, но мне нравится наблюдать за ними снаружи.

Иногда, когда сижу здесь один, я не могу не смотреть на проходящих мимо людей, гадая, мучает ли их тоже парализующий синдром самозванца или страх, что они никогда не будут достаточно хороши?

— Расскажи мне всё. Расскажи, чем ты занималась, — говорю я.

Мне не терпится услышать о её новой жизни капитана-пирата, и так же не терпится узнать, изменился ли Неверленд.

— Питер Пэн и Потерянные Мальчишки ведут себя прилично, — говорит она и откидывается на спинку стула. — Уинни Дарлинг изменила их до степени, которую почти трудно узнать. Мы заключили союз, который, по-моему, справедлив для всех нас, и у нас больше нет границ территорий. Они могут приходить и уходить когда захотят, и то же самое касается нашей стороны.

У меня отвисает челюсть. Я понимаю это только когда Сми замолкает и хмурится на меня.

— Перемирие? — спрашиваю я.

Она кивает, и гордость за свою работу ясно читается у неё на лице.

— Ты сделала то, чего я никогда не смог, Сми, — я снова сглатываю, ощущая тот уже знакомый прилив эмоций. — Отличная работа.

Она отмахивается.

— Очевидно, проблема была в тебе. Как только тебя не стало, мы все стали лучшими друзьями.

Я фыркаю.

Она смеётся.

— Но, если честно, кажется, Неверленд будто починили, и я не собираюсь воспринимать это как должное.

Телларо приносит сначала наш кофе. Его кружки белые, с оттиском красных крыльев по бокам. Поднимается пар, наполняя воздух ароматом свежей обжарки: чуть ореховым и очень насыщенным.

— Круассаны сейчас вынесу, — говорит он и возвращается к стойке, к следующему клиенту.

— А что с твоей командой? Повезло с этим?

Держа кружку в руках, она дует на неё, и пар закручивается вихрем.

— Я нашла нескольких хороших мужчин. И женщин.

— Да?

У нас всегда была команда равных возможностей, но женщин по разным причинам было сложнее набирать, несмотря на наши усилия.

— В целом всё идёт хорошо, — она делает глоток и широко распахивает глаза. — О, это вкусно.

— Видишь!

Я пробую свой, наслаждаясь его насыщенностью и радостью делиться этим с моей самой близкой подругой.

— А что с Черри? — спрашиваю я. — Тебе удалось пристроить её в безопасное место?

В последний раз я оставил мою младшую сестру на борту моего уничтоженного корабля, когда мы с Роком, Венди, Вейном, Уинни и Эшей отплыли в Даркленд. Всё произошло так быстро: Рок потерял контроль над своим монстром, Вейн и Уинни присоединились к нам, и у меня едва хватило времени отправить сообщение Сми, прежде чем мы ушли.

— Удалось, — отвечает сейчас Сми, но в её голосе появляется приподнятая нотка, которая говорит мне, что в этом ответе куда больше, чем она произносит.