— Но? — мягко подталкиваю я. — Она доставляла тебе хлопоты? Снова пыталась броситься на Потерянного Мальчишку?

— Джез, — одёргивает Сми.

— Ну, — фыркаю я.

Я умею предсказывать движение штормового нагона куда лучше, чем поведение моей младшей сестры. И в этом отчасти моя вина.

Много лет назад, в своей бесконечной войне с Питером Пэном, я обменял её на Сми. Решение, которое никогда себе не прощу. Я был ослеплён амбициями и чувством собственной правоты.

— Так где она? — спрашиваю я.

— Она сделала выбор, — Сми ставит кружку на стол.

— Сми, — и вот я уже на взводе.

— Она взрослая женщина, Джез.

— Где она?

— Её завербовал Древний Орден Теней.

— Что?!

— Джез!

Я выдыхаю, заставляю себя успокоиться и глубоко вдыхаю.

Древний Орден Теней — это не очень-то тайное общество, которое обучает убийц. Моя младшая сестра не создана для такой жизни.

— Какого хрена они вообще решили её завербовать?

— Может, потому что увидели в ней потенциал?

В словах Сми созревает плод обвинения. Такой, что подразумевает: я не вижу в Черри потенциала. Признаю̀, на протяжении нашей жизни я ожидал от неё очень мало. И, возможно, отчасти это и привело к тому, что она постоянно искала одобрения и восхищения у Вейна, одного из Потерянных Мальчишек Питера Пэна и младшего брата Рока.

Это тоже закончилось плохо.

— Кто её завербовал?

— Никс, — отвечает Сми, и абсолютный ужас, который следует за звуком этого имени, превращает меня в лёд.

— Кровавый ад, — я опускаю голову.

— Никс — Тень. Выше в Ордене нет власти. Если он увидел в Черри что-то, пусть докажет себя и посмотрит, куда это её приведёт.

— Она будет мертва через день.

— Или, может быть, сделает из себя что-то.

Я смотрю на Сми через стол.

— Ты правда так думаешь?

— Ты собираешься выйти за Крокодиле. Если спросишь меня, Джез, в наши дни возможно всё что угодно.

Я откидываюсь на спинку стула. Этот разговор болезненно напоминает мне тот комментарий, который я бросил за завтраком некоторое время назад, направленный в сторону Венди и того, что, как мне казалось, она делала, чтобы угодить Року и мне.

Тогда я думал, что защищаю её, но, похоже, мне мешали мои собственные страхи. Точно так же, как сейчас они мешают мне с моей младшей сестрой.

Я должен Венди извинение. И скорее.

— Сми, ты всегда была самой мудрой из нас.

Она улыбается мне.

— Я знаю, Джез. Но можешь продолжать напоминать нам об этом всякий раз, когда тебе вздумается.

Бо̀льшую часть дня я провожу со Сми, показывая ей Торговый квартал. Днём мы расходимся, чтобы она могла вернуться в свой отель и отдохнуть после плавания.

Я ухожу из Портэдж-холла пораньше и направляюсь прямо в клинику. Нахожу Венди за чтением книжки с картинками ребёнку, больному пневмонией. Когда она заканчивает и приходит вечерняя медсестра, чтобы снять ребёнку показатели, Венди замечает меня, ожидающего в коридоре.

— Джеймс, — начинает она, но я перебиваю:

— Мне нужно с тобой поговорить.

— Ладно, — хмурится она.

В этом крыле клиники есть дворик: в центре булькает каменный фонтан, вокруг него кольцом стоят каменные скамьи, и сейчас двор пуст.

Я провожаю Венди через арочный проём к ближайшей скамье.

— Мне нужно перед тобой извиниться.

— Джеймс…

— Нет. Дай мне это сказать, — глубоко вдыхаю я. — Тот комментарий, который я сделал… — я понижаю голос, хотя мы одни. — Про пробку. Мне не следовало этого говорить. Это твой выбор делать то, что тебе хочется. Я… проецировал на тебя и это было дурным тоном. Всю свою жизнь я пытался соответствовать предполагаемым ожиданиям моего отца, и, полагаю, отпустить эти ожидания оказалось сложнее, чем я думал. И находясь здесь с тобой и Роком, и со всем, что значит быть рядом с ним, королём, и с тобой, королевой, думаю, это задело какие-то старые чувства. Но было несправедливо, что я сорвался на тебе, и за это я извиняюсь.

— Извинения приняты, — она протягивает руку и берёт мою, укладывая её себе на колени.

— Вот так просто? — я чувствую, как у меня опускается линия бровей.

— Да, Джеймс. Вот так просто.

— Но…

Она наклоняется и целует меня в щёку.

— Спасибо, что извинился. Но, если честно, я бы простила тебя и с извинением, и без. Я знаю, что ты всё ещё исцеляешься от своего прошлого. Думаю, мы все. И из-за этого в будущем неизбежно будет больше конфликтов. Важно то, что мы будем проходить через это вместе. Не держи в себе. Ладно?

— Хорошо, — меня накрывает облегчение.

Она похлопывает меня по щеке.

— Отлично. А теперь будь джентльменом и проводи меня домой. Я устала, и это последняя ночь перед нашим кануном свадьбы, и нам ещё столько всего нужно подготовить.