— Это будет недостаточно быстро. Таблетки, я имею в виду. Им потребуется слишком много времени, чтобы подействовать. По крайней мере, возьми мокрые полотенца и накрой его с головы до ног. Я позвоню Иларии и попрошу её приехать посмотреть его. Лучше не давать ему никаких лекарств до этого.

— Иларии?

— Матери дона.

— У Аджелло есть мать? — Я думала, этот мужчина — порождение чего-то тёмного и неестественного.

— Знаю, в это трудно поверить. Но она милая женщина и отличный врач, так что не волнуйся. Я сейчас повешу трубку и позвоню ей. Держи меня в курсе, как дела, ладно?

— Конечно. Мокрые полотенца. Илария. Держать в курсе. — Я прижимаю ладонь к пылающему лбу Артуро. — Скажи ей поторопиться.

Я отбрасываю телефон и бегу в ванную за полотенцами.

Пятнадцать минут спустя я смотрю на кучу полувлажных полотенец рядом с кроватью. Я меняла их почти так же быстро, как клала, но это ничего не дало. Кожа Артуро ощущается такой же горячей, как и прежде. Может, даже горячее. Чёрт.

— Артуро. — Я отодвигаю пряди его мокрых волос с лица. — Нам нужно отвести тебя в душ.

Он медленно моргает. Его всё ещё затуманенные глаза наконец встречаются с моими.

— Хм… Обожаю принимать душ с тобой. Ты позволишь мне снова полакомиться твоей киской?

— Нет! — Мои щёки пылают. Я чувствую, как краснею вся. — У тебя жар, и нам нужно его сбить.

— Значит, никакой киски? Тогда я никуда не пойду.

— Я не спрашивала. — Я хватаю его за запястья и тяну, пытаясь поднять его и увести с кровати. — Пожалуйста, помоги мне.

— Не-а. Никакой киски — никакой помощи. — Он падает обратно на подушку.

Господи!

— Ладно. Хорошо. Как хочешь. — Он даже сидеть не может, не то что устраивать мне кунилингус.

С усилием мне удаётся поднять его на ноги, но мы оба почти падаем на пол, когда Артуро теряет равновесие. Вовремя подхватив его, я перекидываю его руку через своё плечо и, поддерживая за талию, веду в ванную.

— Обожаю твой запах, — говорит Артуро, уткнувшись носом в мои волосы.

— Эм… спасибо.

— Я не позволял Грете менять постельное бельё с тех пор, как ты провела ночь в моей кровати. Оно пахнет тобой, и я хочу сохранить это навсегда.

— Это отвратительно.

— Не-е-ет. Но если тебе не нравится, я могу купить новое, — выпрямляется он. — Но только если ты переедешь. В мою спальню, в мою кровать. Если ты всегда будешь спать со мной. На мне. Мне это понравилось. Вообще, мне многое в тебе нравится.

— Похоже, ты теряешь рассудок. Смотри под ноги!

— О, командный голос! Это мне тоже нравится. Но знаешь, что я абсолютно обожаю? — Он усмехается. — Когда ты прижимаешься к моей шее.

— Что?

— Вот так! — Он хватает меня за талию и поднимает, прижимая к себе так, что моё лицо вжимается в выемку между его плечом и шеей. — Да, именно так.

— Ты спятил? Опусти меня, иначе мы оба окажемся на полу.

— Мм-хм… это тоже будет весело. — Он опускает меня на пол, пошатываясь.

Чёрт. Я обвиваю его руками, не давая упасть.

— Давай. Осталось всего несколько шагов.

Последние пять футов до ванной кажутся пятьюдесятью. Мы ковыляем весь путь. Наконец затолкав его в душевую кабину, я прислоняю его к стене и включаю воду.

— Из-за твоей температуры тебе может показаться, что вода холодная. Но уверяю, она на самом деле тёплая. — Я протягиваю к нему руку. — Давай, Артуро.

Кривая ухмылка расползается по его лицу.

— Я бы прошёл по льдинам или сквозь адское пламя ради тебя, дикая кошка. — Сцепив пальцы с моими, он притягивает меня к себе и встаёт под поток воды.

Прошло всего несколько часов с тех пор, как мы стояли в точно таком же положении, под струями воды. Но теперь всё кажется совершенно иным. Во взгляде Артуро нет того опасного блеска, который был раньше. Сейчас то, как он смотрит на меня, не похоже ни на один из его прежних взглядов. Его взгляд мягкий. Беззащитный. Должно быть, из-за лихорадки и бреда у него совсем помутился рассудок.

Меня пронзает острая тоска. Каково было бы, если бы Артуро Девилль всегда смотрел на меня так?

— Ты зашла в ледяной душ ради меня, — шепчет он, проводя тыльной стороной ладони по моей щеке.

— Он не ледяной. — Я приподнимаюсь на цыпочки и касаюсь его губ своими. Даже они кажутся каким-то образом мягче. Может, это вода, стекающая по нашим лицам. — Просто тебе так кажется.

— И ты произнесла моё имя, — его пальцы ласкают мой подбородок, — несколько раз.

— Я была в состоянии стресса. Оно само сорвалось.

Его другая рука скользит по моей спине, проводя вдоль позвоночника под мокрой футболкой. Это единственная одежда на мне. Мой муж, однако, не одет вовсе. И всё же наши прикосновения не кажутся сексуальными.