Тяжёлое дыхание Тары наполняет пространство вокруг нас, пока она вибрирует, как струны бесценной скрипки в моих руках. И я наслаждаюсь каждой секундой, заставляя её сгибаться под моей игрой, её стоны — музыка для моих ушей. Прежде чем эта ночь закончится, я прикоснусь, лизну и поцелую каждый дюйм её тела. Я заставлю её кончить на моём языке, моих пальцах, моём члене. Я вытесню из её памяти всех других мужчин. Я испорчу её для всех остальных. Единственный, кого она будет чувствовать, кого будет жаждать, — это я.

— Если это ад, gattina, — я обдаю тёплым дыханием её чувствительную кожу, отчего она снова вздрагивает, — я никогда не вернусь. Никогда. Я с радостью проведу вечность внутри твоей киски.

Я снова провожу языком по её промежности. Затем прижимаюсь губами к её набухшему клитору и сосу. Сильно. Ещё сильнее.

Пронзительный крик «ДА, О БОЖЕ, ДА!» вырывается из неё. Тара кончает, почти вырывая мои волосы с корнями. И я едва не падаю в пропасть вместе с ней. Покалывание в основании позвоночника подсказывает мне, что я не продержусь долго. Но я продолжаю наслаждаться своей женой, поглаживая и посасывая, позволяя ей получать удовольствие. Её тело дрожит подо мной, трясётся так сильно, что, если бы я не знал ее лучше, то забеспокоился бы о причине.

Да… Теперь это моя миссия. Узнать всё о её теле, найти каждую её эрогенную зону. Заставить её чувствовать самые грешные вещи. Дарить ей самое изысканное удовольствие. Убедиться, что никто другой никогда не сможет сравниться с тем, что она может испытать со мной. Она может продолжать презирать меня. Бог знает, я заслуживаю этого и большего. Но она не сможет жить без моего прикосновения. Она никогда не перестанет жаждать наших плотских утех. Единственный мужчина для неё — это я. Я уничтожу любого, кто хотя бы подумает о том, чтобы украсть её, прежде чем он успеет это сделать.

Я прокладываю дорожку из поцелуев от её лобка к груди, снова останавливаясь, чтобы обвести кончиком языка её сверкающий драгоценный камень в пупке. Я сосу и нежно кусаю её соски. Втягиваю одну нежную грудь в рот. Затем другую. Прикусываю эти тонкие ключицы. Облизываю её шею. И наконец захватываю её рот.

— Видишь, какой греховный у тебя вкус, — хриплю я в её дрожащие губы.

Её дрожащий выдох — мой единственный ответ.

Она взъерошивает мои волосы, целуя меня в ответ. Впускает свой язык в мой рот, сосёт мой. Я скольжу руками вверх по её рукам. Поднимаю их над её головой. Захватываю запястья.

— Я не ожидал оставить тебя безмолвной, gattina. Это немного сюрреалистично, если ты спросишь меня.

— Пошёл ты, — выдыхает она между обжигающими поцелуями.

— Да, несомненно. Мы ещё не закончили, Тара, дорогая. — Приподнимая бёдра, чтобы позволить моему члену коснуться её входа, я вонзаюсь внутрь одним мощным толчком.

Небеса. Чувствовать, как её тёплое, влажное тепло сжимает меня. Приветственные объятия её влагалища — это высшее наслаждение. Как возвращение домой. Время останавливается. Может, перестаёт существовать вовсе. Всё вокруг меня исчезает. Всё, кроме моей жены. Дрожащей подо мной. С выражением чистого восторга на лице. Я наблюдаю за ней. Очарованный. Наблюдаю, как её губы приоткрываются с каждым стоном. Замечаю быстрый подъём и опускание её прекрасной груди с каждым поверхностным вдохом. Трепетание её длинных тёмных ресниц, пока её затуманенные глаза не отрываются от моих.

Я продолжаю вбиваться в неё, сильно и быстро, пытаясь обмануть себя, веря, что тепло, распространяющееся по моей груди, бешеное биение моего сердца и внезапная неспособность глотать — последствия отличного, страстного секса. Такого секса, после которого чувствуешь себя диким. Всё же, это не более чем биологическая реакция. Магнитная химия между ней и мной. Ничто из этого не основано на эмоции. Конечно, ничего, что могло бы пошатнуть землю подо мной. А потребность заявить на неё права, обладать ею, приковать мою жену ко мне и выбросить ключ — это просто бред моего опьянённого сексом разума. Слишком много феромонов, недостаточно сна.

Вот и всё. Вот и всё, что может быть. Это не может быть ничем другим.

Я не допущу иного.

Артуро

Переулок тёмный, и здания по обеим сторонам смыкаются вокруг. Каждое окно черно. Каждая тень холодна и угрожающа. Луна не помогает, пока я продолжаю искать…

Я внезапно останавливаюсь. Где я? И почему так чертовски холодно? Зубы стучат.

Натягивая куртку плотнее, я позволяю глазам скользить по незнакомому району. Как, чёрт возьми, я оказался здесь? Я не помню. Я…

Я ищу кого-то.

Да. Я ищу того, кого потерял.

Кого? Кого это я не могу найти?

Асю?

Да, это должна быть та, кого я ищу. Моя младшая сестра исчезла.

Я смотрю налево по улице, затем направо. Никого нет. Неважно. Я продолжаю бежать. Это то, что я должен делать. Продолжать идти. Продолжать искать кого-то важного для меня. Кого-то, кто принадлежит мне. Мне нужно найти их. Защитить то, что моё. Охранять их, как чёртов ястреб.