— Задержи его на месте. Я буду минут через двадцать. — Вешаю трубку и ловлю взгляд Ригго в зеркале заднего вида. — Меняем маршрут. Едем на стройплощадку в Бруклине. И дави на газ.

— Хм. Не знала, что сбор средств проходит на стройке. — Тара развалилась на сиденье, почти растворяясь в мягкой коже. Её глаза прикованы к книжке в руках. Откуда она её достала?

— Мне нужно разобраться с чрезвычайной ситуацией.

— Меня устраивает.

Она облизывает подушечку пальца и переворачивает страницу. Обычное действие, хоть и невежливое на публике. Но почему-то оно кажется неприлично чувственным. Кончик её языка, мелькающий между роскошных губ, заставляет мои мысли путаться, мгновенно возвращая меня к нашему «фальшивому» поцелую.

Волна ощущений накрывает меня снова.

— Деловые вопросы, полагаю? — продолжает она, не отрываясь от книги.

— Да. Ты же знаешь, что читать во время разговора невежливо?

— Конечно. Но проблемы Барбары явно серьёзнее твоих, так что ей моё внимание нужнее.

— Барбары?

— Угу. Её наняли экономкой к злобному и невыносимому маркизу, который шантажом пытается заставить её вступить в брак по расчёту. Это единственный способ получить наследство и титул герцога от старшего брата.

Мой взгляд прилипает к её губам, когда она снова облизывает палец.

— Я так понимаю бедную Барбару, учитывая обстоятельства, — добавляет она с усмешкой.

Она только что перелистнула страницу. Не может же она читать так быстро. Она что, специально это делает? Дразнит меня? Показывает язык между этих манящих губ?

— Ты что, пролистываешь? — спрашиваю.

— Ага. Четвёртый раз перечитываю. Пропускаю к самому интересному.

— К чему же?

— Маркиз пытается принудить её к браку. Но Барбару спасает застенчивый садовник, недавно вернувшийся с войны. Позже она узнаёт, что он пропавший сын герцога. Законный наследник титула и поместья. — Её губы растягиваются в улыбке. — Истинный герой убивает злого маркиза и женится на Барбаре.

Я заставляю себя оторваться от её губ и смотрю на книгу. Яркая обложка изображает даму эпохи Регентства в пышном платье, прижимающуюся к полуобнажённому мужчине с разорванной рубашкой. Похоже на те книги, что любит Сиенна. Она вечно оставляла их по всему дому. Я сто раз задавался вопросом, что умная женщина находит в этой дешёвке?

Качая головой, я смотрю на свои «Ролексы» — скорее бы разобраться с этим бардаком на стройке. Но как магнитом, мои глаза снова притягиваются к её губам. Этим... пухлым. Мягким. Блестящим. Губам.

Губам, которые всё ещё ухмыляются.

— Что ж, жаль разрушать твои фантазии, Тара, но никакого герцога в сияющих доспехах, который спасёт тебя от брака со мной, не существует.

— Я знаю. — Она пожимает плечами, будто ей всё равно, но я замечаю, как на мгновение гаснет её улыбка. — Ничего, я позаботилась, чтобы в конце всё окупилось. Разве нет?

Так и есть. Какого чёрта я согласился отдать ей двенадцать миллионов при разводе?

Телефон рядом со мной снова пронзительно звонит, на экране загорается имя Аджелло. Поднимаю трубку и сразу перехожу к отчёту о последней поставке наркотиков, не отрывая взгляда от губ Тары. К моменту окончания доклада Ригго уже подъезжает к огороженной стройплощадке, где демонтаж старого здания почти завершён. На следующей неделе должны начать копать котлован под новый фундамент.

Не дожидаясь полной остановки, я выскакиваю из машины и направляюсь к двум мужчинам у ограждения.

— Какого чёрта здесь происходит? — рявкаю я.

— Это владелец? — мужчина в дешёвом синем костюме спрашивает Тито.

— Да, — подтверждает прораб. — Позвольте представить. Мистер Артуро Девилль, генеральный директор «Гейтуэй Девелопмент Корпорейшн». — Поворачивается к чиновнику. — Сэмюэл Дэниелс. Отдел контроля строительного департамента.

— Вся разрешительная документация была согласована месяцы назад. Вы стоите мне денег, мистер Дэниелс. Будьте добры убрать свою задницу с моего участка. — Резким движением головы указываю на ворота.

Дэниелс выпрямляется, скрещивая руки на груди.

— Возможно. Но мы получили информацию, требующую дополнительной проверки. Вынужден уведомить вас о приостановке всех работ до выяснения обстоятельств.

— Какую информацию?

— Я не уполномочен раскрывать детали. Однако, если вы могли бы...

Сзади раздаётся оживлённый голос:

— Тебе идёт этот синий цвет, Сэмми.

Я разворачиваюсь на долю секунды раньше чиновника. Оба видим Тару с широкой ухмылкой.

— Тара? — восклицает Дэниелс, его осанка мгновенно меняется с холодно-официальной на дружелюбную, когда он почти подпрыгивает к ней, обнимая. — Боже! Сколько лет? Что ты здесь делаешь, тыковка?

Сэмми? Тыковка?

Какого чёрта? Ублюдку повезло, что он отпустил её до следующего вдоха. Иначе это мог бы быть его последний вздох.

— Лет семь, наверное. Ты отлично выглядишь, Сэмми. Как мама Дэниелс?