Грудь сжимается, когда я смотрю на сестру с её мужем. Они так... счастливы. Беззаботны. Влюблены. Не могу этого отрицать. Этот ублюдок действительно любит мою сестру. У них есть... то, что мне не светит. Всепоглощающее желание и преданность. Брак, наполненный страстью и любовью.

Неохотно признаюсь даже самому себе, но Аджелло был прав. Я занимаю себя делами, чтобы избежать пустоты в доме. Но это не главная причина отсутствия личной жизни. Я трахаюсь. Время от времени. Как и любому нормальному мужику, мне нужна разрядка. Чёрт, секс — это просто секс, но он не может и никогда не станет поводом для эмоциональной привязанности. Я приложил немало усилий, чтобы не привязываться к партнёршам. Я просто не в состоянии позволить себе заботиться о ком-то ещё.

После пятнадцати лет единоличного воспитания сестёр, бесконечных переживаний о том, как они могут пострадать из-за меня, из-за моей работы... После жизни в постоянном страхе, что я где-то не справлюсь... Я не могу. Не могу позволить себе чувствовать так сильно. Особенно после похищения Аси, когда она пропала на месяцы. А потом Сиенна попыталась покончить с собой. Я тогда чуть окончательно не рехнулся.

Больше никогда.

Слава Богу, и Ася, и Сиенна теперь счастливы с мужчинами, готовыми отдать за них жизнь. Они в безопасности. Я всегда буду любить их, всегда буду рядом, если им что-то понадобится, но не собираюсь заменять заботу о сёстрах заботой о ком-то ещё. Особенно о жене. Мне не нужны отношения, которые вернут этот парализующий страх.

Но, зная, как Семья помешана на традициях, я всегда понимал, что договорной брак возможен. Если бы до этого дошло, я предполагал, что это будет женщина, воспитанная в понимании своих обязанностей. Кроткая и послушная, подходящая для жены младшего босса каза ностра. Та, кого я смогу держать на расстоянии.

Несмотря на внешний лоск, большинство договорных браков в Семье — браки по расчёту. Да, пары разыгрывают спектакль, но эти союзы — не более чем деловые сделки. И такой расклад мне подходит, потому что любовь не для меня. И никогда не будет. Но осознание этого... не смягчает горечь, обжигающую горло.

Сглотнув ком, я разворачиваюсь и выхожу из дома Попова.

Моя машина припаркована в дальнем конце подъездной аллеи. Ригго за рулём смотрит прямо перед собой с выражением благоговения. Как я и предполагал, Тары внутри нет. Скрестив руки на груди и всё ещё сжимая потрёпанный букет роз, она сидит на капоте и хмуро смотрит в мою сторону. У этой женщины явная склонность не делать того, что ей говорят. Это одна из многих вещей, которые нам предстоит обсудить, прежде чем представлять её Семье как мою невесту. Фиктивный брак или нет, миссис Девилль должна соответствовать своему положению.

— Похоже, ты цел и невредим, — бормочет она, когда я подхожу.

— А ты, кажется, недовольна этим.

— Полагаю. Я надеялась, Драго хотя бы немного тебя потреплет.

— Какая самоуверенность. Тебе не приходило в голову, что пострадать мог бы твой брат? — Я открываю дверь и киваю. — Садись.

Грациозно, как газель, она спрыгивает на землю. Затем демонстративно оглядывает меня с головы до ног, пока наши взгляды не встречаются.

— Да брось. Что бы ты сделал? Пригрозил ударить его своей наградой за «Самого чопорного мужчину года»? Или размазал бы гель для волос по его физиономии?

— Я не пользуюсь чёртовым гелем, — огрызаюсь я.

Уголки её губ растягиваются в усмешке.

— Хм, могла бы и поверить.

Я сжимаю ручку двери так сильно, что почти отрываю её. Закрываю глаза, делаю глубокий вдох. Madonna Santa, дай мне сил не придушить эту женщину до свадьбы.

Неделю спустя

Артуро

— Ух ты! Уютный семейный ресторанчик в пригороде, — комментирует Тара, осматриваясь, пока я провожаю её к своему обычному столику в дальнем углу. Это уединённое место, скрытое от посторонних глаз, где я могу спокойно пообедать. По крайней мере, чаще всего.

— Хм, а я-то ожидала, что ты снова повезёшь меня в какой-нибудь пафосный ресторан, где выбор стоит между «икрой белуги» и «чем-то там в соусе из белых трюфелей». Боже, кажется, за последнюю неделю я съела достаточно изысканной кухни, чтобы хватило на всю жизнь.

— Изысканный вкус и аромат не являются прерогативой высокой кухни. Кроме того, всем известно, что из подобных заведений есть только один способ выйти. — Я бросаю на неё взгляд, отодвигая стул. — Голодным. — Киваю и слегка покашливаю. — И там строго следят за дресс-кодом.

— О, да. Я забыла об этом.

Я наблюдаю, как она опускается на стул, закинув ногу на ногу. Поношенные узкие джинсы облегают её изящные бедра, как вторая кожа. Простая рубашка темно-зеленого цвета завязана узлом на пупке. Верхние две пуговицы расстёгнуты, обнажая кружевной бюстгальтер, цвет которого совпадает с верхней одеждой. Кроме пары огромных золотых серёг-колец, напоминающих украшения гадалки с ярмарки, на ней нет никаких украшений.