– Я знаю, – сказала она.

– Знаешь?

Она кивнула, и ее волосы защекотали мне лоб.

– Ты бормотал это во сне всю последнюю неделю.

– Оу.

– Эй, – сказала она.

– Да?

– Я тоже тебя люблю. И что бы ни случилось, мы пройдем через это вместе. Меня ничто не связывает с этим местом. Если придется, мы можем последовать примеру лже-Брэда и сбежать из страны.

– Давай надеяться, что до этого не дойдет. Но если и так, то я тоже готов. Я могу продолжать работать из любой точки мира или стать наемным хакером. Варианты есть.

Она улыбнулась.

– Ладно, только давай договоримся, что там будет тепло. Я по горло сыта холодом.

– Как ты пожелаешь, детка, – сказал я и поцеловал ее.

Я продиралась сквозь кустарник с изяществом буйвола. Ветки ломались у меня под пятками, птицы пронзительно кричали над головой, оповещая друг друга о моем приближении. Я не обращала на весь этот шум внимания и продолжала бежать.

Сейчас главным была не осторожность. Сейчас главным была скорость. На меня охотились, и если у меня и была надежда избегнуть своей судьбы, мне нужно было максимально увеличить расстояние между собой и моим преследователем.

Июльское солнце стояло высоко в васильковом небе и жарило лес своими лучами. У меня на лбу выступил пот, когда я перепрыгнула через повалившийся ствол и продолжила бежать. Деревья гнулись под тяжестью листьев и тянулись нижними ветками к моим волосам и одежде, хватаясь за них, будто специально старались задержать. А воздух был настолько влажный, что создавалось ощущение, словно он давил на меня, как тяжелое одеяло.

Я вновь ускорилась – меня подгонял дух противоречия, бегущий по венам. Джош меня не поймает. И зачем я вообще заключила это чертово пари? Видимо, это произошло в тот момент, когда мой мозг страдал от вызванного переизбытком секса ограничения дееспособности.

Такое вообще бывает?

Шесть месяцев назад я бы не поверила, что такое возможно, но с тех пор я могу вспомнить несколько случаев, когда меня натягивали настолько хорошо, что я теряла способность выполнять даже самые базовые функции. Например, ходить без посторонней помощи или совершать элементарные математические действия в уме.

Условие было простое: если Джош поймает меня в следующие двадцать минут, я проиграла.

А мне правда не хотелось проигрывать. Проигрыш означал, что я появлюсь в его следующем секс-видео, и содержание моей роли будет находиться полностью в его творческой юрисдикции. Знаю его, он обязательно воспользуется этой возможностью, чтобы меня подколоть. Так что мне будет либо невыносимо стыдно, либо я снова стану самой ненавистной женщиной в интернете минимум второй раз за год.

Только через мой труп!

Может, даже буквально, если я не начну как следует смотреть под ноги.

Я резко остановилась у самого края обрыва. Глянув вниз, я увидела длинный, отвесный спуск в глубокий овраг с булыжниками. У меня чуть сердце из груди не выскочило, когда я поняла, насколько была близка к Очень Плохому Дню.

Я оглянулась. Черт. Видимо, я свернула с главной дороги и оказалась на звериной тропе. Возвращение стоило бы мне драгоценных минут, которые я не могла тратить впустую, так что я пошла дальше и свернула на очередную тропку, которая шла вдоль оврага и поднималась на холм. Мне пришлось замедлиться, потому что она тянулась прямо по самой кромке обрыва. Один неверный шаг – и я бы кубарем покатилась вниз, но меня тешила мысль, что если мне приходилось быть осторожной, то и Джошу придется.

Хоть я и не хотела проигрывать, я все-таки не могла дождаться, когда он нагонит меня и начнется настоящее преследование. Он дал мне пятиминутную фору. Заявил, что без нее будет неспортивно. В конце концов, он вырос в сельском захолустье, а одно из его самых любимых воспоминаний – как они с отчимом налаживали контакт во время совместных походов. Роб был деревенским парнем до мозга костей, и Джош научился у него куче всего: как выслеживать зверей или как выжить в диких условиях, если ты потерялся.

Я мало что знала о природе, но у меня было два преимущества: скорость и выносливость. Я была спринтером в команде по бегу в старшей школе, и в выпускном классе мы дошли до чемпионата штата. Как Джошу прекрасно было известно, последние три месяца я пропускала свои занятия в зале по два раза в неделю, чтобы ходить на местный стадион. Я упражнялась и в спринте, и в длинной дистанции и доводила себя до изнеможения, потому что не имела ни малейшего желания упрощать ему задачу.

Да, я мечтала, чтобы он настиг меня и оттрахал в лесу, но прежде всего мне хотелось испытать этот опыт во всей полноте. Мне хотелось погони. Мне хотелось, чтобы Джош заслужил право обладать мной. Судя по голодному блеску, зажигавшемуся в его глазах каждый раз, когда мы обсуждали наши планы, он хотел этого так же, как и я. И мне не терпелось увидеть, когда на сцене появится его темная сторона.